Рафаэлло Джованьоли - Спартак

— Бедная! Несчастная! — дрожащим от волнения голосом произнес гладиатор. — Приди ко мне, на грудь, сюда, сюда! — Он привлек к себе сестру и, крепко целуя, прижимал к своей груди.

Через минуту, вскинув вверх глаза, полные слез и сверкающие гневом, он с угрозой поднял свой мощный кулак и со страшным негодованием воскликнул:

— Да где же молнии Юпитера?.. Да разве Юпитер — бог? Нет, нет, Юпитер — просто шут! Юпитер — жалкое ничтожество!

А Мирца, прильнув к широкой груди брата, плакала горькими слезами.

Прошла минута тяжкого молчания, и вдруг Спартак крикнул голосом, не похожим на человеческий:

— Да будет проклята позорная память о первом человеке на земле, из семени которого произошли два разных поколения: свободных и рабов!

Со времени событий, описанных в предыдущих главах, прошло два месяца.

Накануне январских ид (12 января) следующего 676 года на улицах Рима утром бушевал сильный северный ветер, нагоняя серые тучи, придававшие небу унылое однообразие. На мокрую и грязную мостовую медленно падали мелкие хлопья снега.

Граждане, пришедшие на Форум по делам, собирались там кучками. Но лишь немногие толпились в этот день на открытом воздухе, — тысячи римлян теснились кто под портиками Форума, а кто под портиками курии Гостилия, Грекостаза, [107] Грекостаз — особое здание близ курии Гостилия, где останавливались иностранные (преимущественно греческие) послы в ожидании решений сената. Обширная базилика с мраморными колоннами в коринфском стиле. базилик Порция, Фульвия, Эмилия, Семпронии, храмов Весты, Кастора и Поллукса, Сатурна, храма Согласия, воздвигнутого в 388 году римской эры Фурием Камиллом, [108] Фурий Камилл — полководец, отличившийся в войне с вольсками и эквами (италийские племена) в 431 г. до н. э. Начиная с 390 г. пять раз избирался диктатором. Склонил патрициев к компромиссу с плебеями, добивавшимися политических прав. За заслуги перед государством получил звание «отца отечества». Умер от чумы в 364 г. до н. э. во времена его последней диктатуры, в честь достижения мирного соглашения между патрициями и плебеями. Прогуливались и под портиками храма богов, покровителей Рима. Величественный и вместительный римский Форум был окружен замечательными зданиями; он тянулся от теперешней площади Траяна до площади Монтанара и от арки Константина до Пантанов, а в прежнее время занимал все пространство между холмами Капитолийским, Палатинским, Эсквилином и Виминалом. Поэтому современный римский Форум представляет собою лишь бледное подобие древнего. Много народа было внутри базилики Эмилия, великолепного здания, состоявшего из обширного портика с чудесной колоннадой, от которого шли два других, боковых портика. Здесь вперемежку толпились патриции и плебеи, ораторы и деловой люд, горожане и торговцы, которые стояли маленькими группами и обсуждали свои дела. Толпа беспрестанно двигалась взад и вперед, слышался шумный говор.

В глубине главного портика, напротив входной двери, но вдали от нее, высокая длинная балюстрада отделяла часть портика от базилики и образовывала как бы отдельное помещение, где разбирались судебные тяжбы; сюда не доходил шум, и ораторы могли произносить тут свои речи перед судьями. Над колоннадой вокруг всей базилики шла галерея, откуда удобно было наблюдать за всем, что происходило внизу.

В этот день на балюстраде, окружавшей галерею, работали каменщики, штукатуры и кузнецы: они украшали ее бронзовыми щитами, на которых с изумительным искусством были изображены подвиги Мария в войне с кимврами.

Базилика Эмилия была воздвигнута предком Марка Эмилия Лепида, который в этом году был избран в консулы вместе с Квинтом Лутацием Катуллом и приступил к исполнению обязанностей первого января.

Марк Эмилий Лепид, как мы уже говорили, принадлежал к числу приверженцев Мария; став консулом, он прежде всего приказал украсить базилику, построенную его прадедом в 573 году римской эры, вышеупомянутыми щитами, желая заслужить признательность партии популяров в противовес Сулле, разрушившему все арки и памятники, воздвигнутые в честь его доблестного соперника.

Среди праздного люда, глазевшего с верхней галереи на снующую внизу толпу, стоял Спартак; облокотясь на мраморные перила и подпирая голову руками, он рассеянно и равнодушно смотрел на весь этот суетившийся и волновавшийся народ.