Александр Волков - Два брата (др. ред.)

Датские министры под влиянием английских дипломатов подозрительно отнеслись и к этому проекту. Надо было сломить их сопротивление во что бы то ни стало.

Царь Петр снова пустился в далекий и трудный для него путь: здоровье уже было не то, что в молодости.

Перед отъездом за границу Петр побывал у сына, ласково разговаривал с ним, просил опомниться.

— Почему ты упрямишься, Алеша? — спросил царь. — Почему не хочешь за дело взяться? Ей-ей, лучше будет!

— Не под силу мне, батюшка-государь! Человек я немощный, непотребный. Не могу быть наследником. В монастырь пойду.

— Одумайся, не спеши! — добродушно возразил царь. — Потом мне напишешь.

Царь уехал из Петербурга. Развязка спора между отцом и сыном снова была отсрочена. Царевич сразу встал с постели, на радостях устроил пир, где говорилось много хвастливых слов и уже распределялись высшие государственные должности при новом царе Алексее.

Алексей давно желал поражения России в войне со Швецией. Он был убежден, что Карл в случае победы лишит царя Петра трона и тогда он, Алексей, возьмет в свои руки власть. Но раньше это были только мечты и надежды, теперь же, после отъезда отца за границу, царевич решил перейти к действиям.

Несколько дней Алексей почти не выходил из кабинета: он обдумывал письмо к Герцу, министру Карла XII. Наконец обширное послание было готово. Царевич рассказывал историю своей борьбы с отцом, жаловался на множество несправедливостей. Он указывал на неисчислимые выгоды, которые получит Швеция, если король Карл посадит его на русский престол. Ему, будущему царю Алексею II, не нужны приморские провинции, которых так добивается его отец; Алексей возвратит их все Швеции, уничтожит флот, распустит армию и восстановит стрелецкое войско.

Алексей обещал поднять смуту в стране. Достаточно ему, приверженцу старины, открыто восстать против отца, и на помощь ему поднимутся массы русского народа. Для победы над Петром, писал он, достаточно будет бросить на Россию несколько шведских корпусов.

Царевич вызвал к себе одного из своих слуг, Стратона Еремеева. Это был человек еще не старый, но видавший виды. Он жил с Алексеем за границей, хорошо знал немецкий язык. Из всей дворни царевича Стратон был самым подходящим для выполнения важного секретного поручения.

Стратон скромно стоял у двери. Царевич подозрительно смотрел на него.

«Можно ли довериться холопу в таком тайном деле? — думал Алексей. — Отдам ему письмо, а он с ним — к Александру Данилычу. Ведь за такое открытие батюшка наградит доносителя превыше всякой меры. А впрочем… Не самому же ехать к Герцу!»

— Стратон! Подойди сюда! — приказал царевич.

Слуга подошел. Царевич положил перед ним крест и Евангелие:

— Клянись!

— В чем, государь царевич?

— Что не донесешь никому о тайностях, каковые я тебе открою.

Еремеев положил руку на крест и повторил за царевичем слова клятвы.

— Вот письмо. — Царевич говорил прерывисто, с трудом. — Знаешь, куда надобно его свезти?

— Как же мне знать, государь царевич?

— К шведскому министру Герцу!

Стратон лукаво усмехнулся:

— По тайности от всех?

Улыбка слуги сразу успокоила царевича.

— Об этом письме ни одна живая душа не должна знать!

— Так, государь царевич! Разумом наделен довольно. Только где этого министра сыскать?

— О том я разузнал. В нынешнее время находится он в голландском городе Гаге.

— Доедем и до Гаги! — бодро откликнулся Стратон.

— Отсыплю золота, не поскуплюсь, — пообещал повеселевший царевич. — Подорожной грамоты у тебя не будет, значит, тебе денег понадобится много. Границу будешь переходить тайно… Смотри же! Будешь верен, награду получишь великую, как стану царем!

Стратон Еремеев сумел выполнить возложенное на него трудное дело. Сухопутьем опасно было путешествовать без подорожной. Стратон свел знакомство с иноземным шкипером, и Ганс Шлиппе за щедрую плату так искусно спрятал Еремеева в трюме, что его не нашли досмотрщики, явившиеся перед отплытием на корабль.

Барон Герц был чрезвычайно обрадован письмом Алексея. Найти такого выгодного союзника в лице царского сына, поднять в России раздоры, расколоть ее на два враждебных лагеря!.. Все это действительно сулило Швеции успех в борьбе с самым могучим ее противником.

Шведы решили вести переговоры с Алексеем, теша царевича обещаниями возвести его на русский престол; на самом же деле у Карла XII были совсем другие планы. Он думал сделать московским великим князем шляхтича Якуба Собесского, потомка прежних польских королей. Этот новоявленный «московский властитель» стал бы покорно исполнять все веления шведского короля.