Эптон Синклер - Агент президента

Заместитель сразу приступил к делу, так как его предупредили, что у его посетителя мало свободного времени. Перед ним был открытый портфель с бумагами, и его рука покоилась на них, пока он говорил. — "Мистер Бэдд, мы здесь обнаружили кое-что интересное. Это выглядит так, как будто духи знали больше, чем мы предполагали об их возможностях".

— И что это, господин Рейхсминистр?

— Оказывается, у нас есть большой отчет об этих людях, и самого неприятного рода. Они были социал-демократическими агитаторами, марксистами самого красного толка в течение десяти лет или около того.

"О мой Бог!" — сказал посетитель хорошо отрепетированную фразу.

— Мужчину поймали давно, и он покончил с собой в Ораниенбурге. Женщина сбежала и доставляла нам неприятности в течение трех и более лет. Она была в центре хорошо организованной преступной группы. Она взяла фамилию Мюллер, а также несколько других псевдонимов. Я не скажу их вам, потому что интересно посмотреть, сможете ли вы получить их через мадам или любого другого медиума.

— Конечно, пожалуйста! Что случилось с женщиной?

— Она бежала во Францию, но недавно совершила ошибку, возвратившись в Германию. Она умерла в Дахау два или три месяца назад.

Вот так это было. И Ланни не моргнул глазом, не изменил цвет лица. Он выговорил слова, заученные наизусть: " Herrgott! Это действительно случай сверхъестественной силы!"

— Я думаю, мы должны признать это. Этот старый ублюдок выдал что-то в конце концов.

— Ну, это так бывает, герр Рейхсминистр, приходит разочарование и становится скучно ночь за ночью. А потом, когда готов бросить всё, вдруг происходит что-то вроде этого. Я глубоко благодарен вам, что вы откопали для меня эту историю.

— Не совсем. Я точно так же, как и вы, заинтересован. Мы вернемся и попробуем еще раз когда-нибудь и посмотрим, сможем ли мы получить более подробную информацию.

— Я тоже постараюсь с мадам. В самом деле, это захватывающая вещь, и когда вы начинаете, вас затягивает все глубже и глубже. Представьте себе, эти два духа ушли, обнявшись, не желая рассказать свою историю в вашем присутствии! Интересно, они все еще боятся вас.

"Приятно знать, что они находятся там, где не могут причинить никакого вреда нашему делу". — Ланни задался вопросом, было ли это верно? Или было что-то глубоко внутри Гесса, чего он боялся. Что эта пара сможет сделать с ним, когда он сам войдёт в этот мир!

У Ланни было достаточно времени, чтобы дойти до квартала резиденций министров. Ему нужно было отойти от горя и ярости, которые владели им. Ни одно предсказание, ни воображение, ни догадки не могут сравниться с реальным фактом, что Труди ушла навсегда. Все его усилия последних шести месяцев были напрасны, а его надежда снова увидеть ее была тщетной. Научное чудовище под именем Нацизм, зверь с инженерными мозгами схватил ее своими когтями и обращался с нею, как со многими тысячами других своих жертв. Картина того, что они сделали с ней, возникла у него перед глазами. Но он изо всех сил отогнал её, потому что от этого можно было сойти с ума. Он должен ненавидеть этих нацистов, но это должна быть холодная и тихая ненависть, рациональная и по-научному систематизированная, как у них.

Он сказал себе, что это была война. Труди была военнопленной, и они относились к ней в соответствии с своими правилами. Они вели войну против нее в своих застенках, сначала в Париже, а затем в Дахау, пытаясь сломать ее дух, чтобы заставить ее предать свою партию и своих друзей. Ланни был уверен, что в этом они потерпели неудачу. То, что он был теперь здесь и на свободе и собирался войти в дом нациста номер два, доказывало это. При всей своей изобретательности и знании физиологии и психологии применительно к ломке человеческой воли, они не смогли сломать волю Труди. Она выиграла эту войну, и она это чувствовала, и Ланни должен тренировать себя чувствовать то же самое.

Это был вопрос, о котором люди всегда будут спорить в соответствии с их темпераментом и их верой. Фюрер нацистов объявил, что даже самый стойкий дух не сможет выдержать, когда тело, в котором размещался этот дух, было забито до смерти резиновыми дубинками. Так трактовала этот вопрос новая религия меча. И все солдаты этой религии принимали заповедь своего пророка и действовали в соответствии с ней. Но Ланни в своей юности прочитал Эмерсона и был уверен, что беспечный мир никогда не терял ни одной отличительной черты Святого Духа. Где была правда? Что было словом Божием, и что Сатаны? Сатана восстал против Бога. Это не было только легендой, воображением поэта. Это было тем, что происходило каждый час в сердце каждого живого человека. Здесь, в мире этого Сатаны, с "правдой всегда на эшафоте, и ложью всегда на троне [77] Лоуэлл, Джеймс Расселл, Нынешний кризис. ", человек должен был бороться за свою веру в Бога, и рисковать своим счастьем и даже своей жизнью в поклонении Святым.