Эптон Синклер - Агент президента

Ланни имел много споров с отцом по таким вопросам, и было принято решение больше этого не касаться. Он выслушал рассказ о том, как Робби, не желая встречаться с узурпаторами, делегировал эту неприглядную работу одному из своих вице-президентов и нескольким директорам. И как тогда, к значительному конфузу Робби, узурпаторам удалось убедить это трио, что их люди очень хотели увеличить выпуск и улучшить продукт Бэдд-Эрлинг Эйркрафт , при условии, что они могли бы иметь право на свои условия их труда и справедливую долю в прибыли, заработанную таким образом. Бедный Робби оказался прижатым к стене. Юнайтед Стейтс Cтил сдалась первой этим грабителям, так случилось и с Дженерал Моторс . Что делать бедному "маленькому человечку"? И вот, Бэдд-Эрлинг Эйркрафт стал предприятием с профсоюзом. Рэкетиры имели право сказать Робби, кого он мог нанять или, вернее, они имели право сказать, что новый работник не мог ходить на работу, пока не получит профсоюзный билет, и не согласится позволить компании вычитать процент его зарплаты и перечислять его профсоюзу. Это называлось "системой вычетов", и деньги будут использованы для расширения влияния союза по отношению к другим предприятиям или, возможно, для того, чтобы позволить бандитам бесплатно кататься в штат Флорида, кто знает? Лицемерно Ланни заметил, что мир меняется, и никто не знает, как остановить эти перемены.

Дени де Брюин и его сыновья пытались внести некоторые изменения в их французский мир, и, видимо, попали в серьезные неприятности. Робби хотел услышать все, что Ланни знал об этом. Он был глубоко огорчен, и, возможно, его долгом было навестить заключенных. Ланни пойдёт с ним? Сын ответил, что он обдумал этот вопрос и решил не ходить. Это была междоусобная ссора французов, самая горькая, насколько это можно себе представить, и они не хотели бы, чтобы иностранцы вмешивались в неё. От бизнеса Ланни как искусствоведа не останется камня на камне, если его заподозрят в этом.

На самом деле Ланни беспокоило, что де Брюины могли бы рассказать его отцу, как глубоко Ланни связал себя с ними. Робби не понял бы этого, а Ланни не смог бы это правильно объяснить. "Если бы я был на твоём месте", — сказал он, — "я бы дважды подумал, прежде чем направляться в тюрьму. Это, конечно, не принесёт тебе ничего хорошего в твоих отношениях с правительством. Ты должен понимать, что Кагуляры в чёрных списках, и многие члены правительства знают, что в этом списке есть их имена. Их ярость легко понять".

— Как ты думаешь, что они будут делать с заключенными?

— Продержат их в тюрьме несколько недель, чтобы напугать их, но я очень сомневаюсь, что они когда-нибудь будут привлечены к суду. Там слишком много важных фигур, и есть люди, которые будут лезть из кожи вон, чтобы замять эту историю.

— В конце концов, я не думаю, что я смогу что-то сделать для Дени или мальчиков.

— Совершенно ничего. Всё придется делать самим французам.

Осторожный бизнесмен заметил: "Возможно, будет разумнее подождать, пока я не увижу Шнейдера и выясню, что он хочет".

— Я должен тебя серьёзно предупредить. Де Брюины понимают ситуацию, и их чувства не будут сильно задеты. Они понимают, что мы не можем помочь им, а им не нужны плакальщики над их судьбой.

— Честно говоря, Ланни, я переживаю трудные времена. С каждым днем спад усиливается. Я ввязался в крупную азартную игру в надежде, что авиация будет расти. И у меня гора свалится с плеч, если прямо сейчас смогу получить реальный заказ от французов.

— Ну, тогда тебе лучше держаться подальше от Кагуляров. Многие из армейских офицеров им сочувствует, но сейчас не осмеливаются показать свои чувства, и Пьер Кот, министр авиации, левый по убеждениям, является одним из тех, кто борется в правительстве за полное разоблачение заговора. Ты опять столкнёшься с тем, что имел у себя дома. Французы называют это французским Новым Курсом.

Робби уведомил барона Шнейдера телеграммой с борта парохода о своём скором прибытии. А в отеле Роберта М. Бэдда ждало изящно выполненное приглашение в городской дом барона в тот же вечер. Ланни получил аналогичное приглашение в своей гостинице. Сердце Бьюти была бы разбито, если бы её отставили от такого дела. Поэтому Ланни позвонил секретарю барона, сказав, что его мать находится в городе, и не сможет ли он привести её с собой. В результате в течение часа с курьером прибыло еще одно такое приглашение.