Мелвин Брэгг - Дева Баттермира

— Дамы, — приветствовал жену и подопечную полковник Мур, глубоко уверенный в правильности своего военного плана, и добавил: — Я должен попросить всех, кроме моей жены и мисс д'Арси, удалиться.

Какое-то мгновение понадобилось, чтобы возмущенные возгласы обеих поименованных дам застряли в горле, когда им удалось как следует рассмотреть выражение лица полковника Мура.

Амариллис немедленно связала это с собой, зная прекрасно, что, какой бы новость ни была, ничего хорошего ей ждать не приходится. Она заставила себя отложить в сторону лекала и отрезы ткани и любезно проводила из комнаты горничных и портных, которые едва ли не столкнулись в дверях и гадали, то ли это глобальная эвакуация, то ли незначительное отступление. Когда они все вышли, она остановилась (миссис Мур продолжала сидеть), держась за спинку стула и повернувшись к своему опекуну:

— Итак?

— Он женился, — сказал Мур, и помимо его воли эти слова прозвучали жестко, даже насмешливо. Амариллис отшатнулась, словно от удара хлыстом по лицу.

— Когда вы узнали об этом?

— Джордж Вуд рассказал мне. Это стало сенсацией для всего города.

Голос его звучал грубо, и он не мог себя заставить одним простым предложением объяснить полностью всю сложность сложившейся ситуации. В конце концов, она заставила его страдать несколько недель подряд. И более того, она бросила вызов непререкаемости его авторитета, унижала его перед собственной женой, перед Хоупом.

— Есть какие-нибудь подробности?

Амариллис с такой силой стиснула пальцы, что костяшки побелели, это бросилось в глаза миссис Мур. Ее саму новость настолько оглушила, что несчастная женщина была не в состоянии смотреть ни на мужа, ни на воспитанницу. Все свое внимание она сконцентрировала на этих побелевших костяшках пальцев.

— Сдается мне, Вуд знает многое, что хотелось бы знать другим и без чего, мои дорогие, мы бы обошлись с превеликим удовольствием.

И все же роковые слова до сих пор не прозвучали, и Амариллис нашла в себе силы улыбнуться.

— Я была бы вам весьма признательна и благодарна, сэр, если бы вы перестали щадить мои чувства и рассказали мне все, что знаете сами… — Она готова была идти до конца.

Мур колебался.

Однако сомнения полковника объяснялись вовсе не сочувствием к подопечной. В течение последних недель она вела себя таким образом, что ни жалости, ни сострадания к ней он отнюдь не испытывал, однако он вдруг обнаружил, что новость эта буквально разрывает его. Ему очень хотелось поделиться ею с кем-нибудь. Он просто должен это сделать.

Стремясь привлечь внимание к собственной особе, он затянул паузу, разыграв сомнения, и тишина повисла в комнате еще на несколько невыносимых секунд, а затем…

— Это дочь хозяина гостиницы! Эта служаночка с кухни. Та самая, что зовется «Красавицей» по их извращенным представлениям. Именно на ней-то он и женился, и теперь они направляются в Шотландию!

Миссис Мур только покачала головой, ей явно требовалось время осознать все это.

Амариллис еще больше побледнела, скулы выступили отчетливей.

— Вы в этом уверены?

— Вуд присутствовал на свадебном обеде. Он все это мне описал. Из Уайтхейвена прислали специальное разрешение.

Тем самым он предвосхитил ее следующий вопрос. Ответ на него мог бы в определенной мере успокоить ее, ведь скорость, с какой было получено согласие на объявление их мужем и женой, вызывала подозрения…

— Особое разрешение, — повторил Мур с некоторой долей злорадства, которое не могло укрыться от внимания Амариллис; девушка прекрасно понимала, что теперь он волен насмехаться над ней сколько угодно.

— Она привлекательная женщина, — промолвила она.

— Она обычная служаночка, — парировал Мур язвительно.

— Все местные жители только и говорят о ее красоте и добродетели.

— Людское мнение невежественно, пристрастно, и нечего брать его в расчет.

— Должно быть, полковник Хоуп разделяет всеобщее мнение.

— Хоуп поступил весьма дурно, весьма дурно. — Вовремя уловив, куда дует ветер, Мур заверил: — Будь он здесь, ему бы пришлось ответить за свой неблаговидный поступок.

— Полагаю, мы и так слишком часто заставляли его отвечать.

— Мы были весьма осмотрительны. И, как вы могли убедиться, не без основания.

— Вы оскорбили его. И вот вам результат — я потеряла его.

Амариллис была в полном отчаянии, однако ей совсем не хотелось, чтобы полковник Мур видел ее слезы.

— Вам посчастливилось избавиться от него, — заметил Мур довольно резко. — Ни один джентльмен не поступил бы так. Ни один джентльмен не сбежал бы и не женился бы на служанке, несмотря на все ухищрения с ее стороны. Вы не дали ему ни малейшего повода сомневаться в вас. Я действовал, смею заметить, весьма добросовестно, в соответствии с инструкциями и желаниями вашего батюшки, но все случившееся лишь доказывает, насколько он был прав, включив дополнительную статью в свое завещание.