Михаил Ишков - Валтасар

— У меня есть свой интерес, прекрасная, но об этом в твоей спальне.

— Это обязательное условие?

— Да, желанная.

— Что-то по голосу я не чувствую, чтобы я была уж так желанна тебе.

— Я выучился скрывать страсти.

— Я не говорю — да. Но я и не говорю нет. Подождем до вечера.

— Хорошо. Теперь мне надо срочно увидеть Рибата, сына Рахима-Подставь спину.

— Этого мужлана? Его прощает только то, что он почтителен и учит царевича стрелять из лука и владеть копьем.

Набонид не ответил, долго смотрел на Нитокрис, взгляд его был изучающ, дерзок, однако в нем не было и намека на похоть. Царица оставила в покое волосы, неторопливо, изящно, пальчиком придерживая крышку, налила гостю и себе прохлаждающий напиток. При этом решила, что, должно быть, именно так крокодил выбирает крокодилицу, чтобы вместе выйти на охоту на крупного зверя.

— Как тебе нравится титул «главная царица»! Полновластная повелительница!.. Грозная, указующая!.. — с неожиданной выразительностью выговорил Набонид. — Какое звучное, возвышающее сочетание слов! Его пристало употреблять только по отношению к выдающейся женщине, способной настоять на своих правах.

Нитокрис усмехнулась, глянула прямо в глаза гостю. — Как тебе слово «царь»? [48] Слово «царь» на аккадском языке произносится как «шару». Царь Вавилона звучало на местном наречии «шар Бабили». Стоит задуматься, точно ли от имени Цезаря происходит наше русское слово «царь»? Оно короче и звучнее.

Набонид ответил не сразу, только после короткой паузы подал голос. Сказал тихо, как бы размышляя.

— Я всегда верил, что найду в тебе, Нитокрис, надежную помощницу. Я долго ждал. Вполне могло случиться, что ни тебе, ни мне не дано было дождаться исполнения заветного желания. Но раз уж богам угодно!.. Если создатель Син повернул ход судьбы в нашу сторону, мы не вправе противиться. Что мы теряем и что можем найти? Несоизмеримо…

Он вновь замолчал. Долго разглядывал брызжущую струйку фонтана. Струйка была тоненькая, всего на несколько пальцев врезавшаяся в небо. В верхней точке влага на мгновение замирала, затем распадалась на несколько капелек, но это были именно те капельки, которые камень точат.

— У меня нет выбора, как только пустить тебя в свою спальню, ответила царица. — Но зачем, если ты не относишься к членам семьи? Если не испытываешь страсть?

— Как знать. Да, я не отношусь к членам семьи. Пока! Как раз в этом ты и можешь мне помочь. О чем собственно мы здесь толкуем? О величии слова «шар Бабили». И что? К тому же, признаюсь, я знаю, что такое страсть, пусть не любовная, но не менее увлекающая, всеохватная, которая все эти годы терзала и тебя. Так что, как ни крути, а мы с тобой в каком-то смысле давным-давно стали любовниками. Я знаю, Нитокрис, ты вправе не верить ни единому моему слову, но если отмести поэтическую шелуху, жалобы по поводу неутоленной страсти, отделить зерно от плевел, окажется, что я нужен тебе не менее чем ты мне. Смысл моего предложения насчет спальни в том, что я должен иметь гарантии, я должен увидать твое тело. Я должен обладать им!

— Ты полагаешь мое тело самой надежной гарантией? — спросила царица.

— Да, Нитокрис. Это придаст мне уверенность. В чем здесь хитрость, я объясню тебе позже. Когда мы останемся вдвоем. А сейчас прикажи позвать Рибата, сына Рахима-Подставь спину. Нет, лучше поставь его на ночь возле своей спальни. Скажи, кому из слуг ты полностью доверяешь? Только не называй мне имя этого хлыща из городского гарнизона, изредка навещающего тебя по ночам.

— Моя служанка Манофре и евнух Пенамун.

— Прикажи служанке охранять вход в коридор, ведущей к твоей комнате. Но это после того, как она проводит меня к тебе и я поговорю с Рибатом. А евнух пусть выпустит Рибата из цитадели. Ему следует обернуться за ночь.

Как только в доме с наступлением темноты все утихло, Манофре провела Набонида в спальню госпожи. Рибат уже находился на посту.

Сановник на ходу кивнул ему, вошел в комнату и обнаружил Нитокрис возле широкого бронзового зеркала. Тусклый светильник освещал небольшую, бедно убранную комнату. Сановник приблизился к женщине, поцеловал ей руку повыше локтя, затем приложил палец к губам и вновь вышел в коридор.

Рибат вытянулся. Набонид жестом показал, чтобы тот держал себя вольно, похлопал воина по плечу и указал рукой на дальний глухой конец коридора. Здесь в стену была встроена глубокая ниша, в которой была выставлена резная деревянная фигура бога Набу. Возле скульптуры тоже чадил светильник.