Уинстон Грэхем - Танец мельника

И всё же пришло порядочное число дальних родственников, которые, судя по всему, обосновались в Западной Англии и представляли собой внушительное общество. Все казались чересчур высокими, длинноносыми и высокомерными. Хоть Джордж и был рыцарем, а также могущественным и известным человеком в графстве и за его пределами, но в их обществе он чувствовал себя неловко.

Джордж хотел, чтобы свадьба прошла как можно тише, и недавняя утрата избавила его от необходимости приглашать мать, но по очевидным причинам он сделал исключение для майора Джона Тревэниона и двух его сестёр, а также для ограниченного круга людей, с кем он связан делами или которые наверняка были бы польщены приглашением. Его дяде Кэрри сообщили о событии, но не пригласили, поскольку отказ был бы резким, несдержанным и, наверное, даже невежливым. Его сын Валентин, как и предполагалось, находился в Итоне, Джордж написал ему о событии и отправил письмо поздно, удостоверившись, что оно придет не раньше, чем состоится бракосочетание. Дочери Урсуле, по его мнению, тоже лучше было остаться дома, поскольку та еще не свыклась с мыслью о мачехе, которая будет ею повелевать. Но несомненно, вскоре они поладят друг с другом.

Одним из гостей, чье присутствие раздражало Джорджа, была леди Уитворт, с ее раскатистым голосом, двойным подбородком, круглыми глазами и густо напудренной кожей. Она заносчиво заявляла о своем дальнем родстве с ними обоими. Урожденная Годольфин, она, разумеется, имела дальнее родство с Харриет. Но с тех пор как, упав с лошади, погиб ее хвастливый и самодовольный сын, преподобный Осборн Уитворт, она стремилась поддерживать отношения, существовавшие только по причине родства первой жены Джорджа с женой Уитворта — той застенчивой, близорукой, длинноногой девушкой с высокой грудью, которая позже вышла замуж и вошла в семью Полдарков.

Брак между Осборном Уитвортом и Морвенной Чайновет, устроенный Джорджем, не заладился с самого начала, и один только вид леди Уитворт, громко гудевшей, маячившей перед глазами, махавшей веером, ломавшей комедию и при каждой возможности выставлявшей напоказ собственническое отношение к нему, раздражало и напоминало об отвратительном эпизоде, который Джордж предпочел бы забыть.

Еще больше раздражал единственный отпрыск этого непродуманного брака, явившийся, конечно же, без приглашения — Джон Конан Осборн Уитворт или просто Конан, названный в честь прадеда; грузный, близорукий и такой бледный, будто всю жизнь просидел в четырех стенах, а его редкие волосы были так коротко подстрижены, что напоминали мышиную шерсть. Вскоре ему исполнялось шестнадцать. За год он прибавил дюйм в росте и потерял пару дюймов в талии, но интерес к еде его отнюдь не оставил. Даже если бы его нашли на необитаемом острове после многолетней диеты из червей и кокосов, он не смог бы уделить свадебному пиршеству больше внимания, чем сейчас, подчистив все тарелки.

У Джорджа появлялось неприятное ощущение, что перед ним снова стоит преподобный Осборн Уитворт, настолько они стали теперь похожи. Однако надо отдать должное Оззи: у того имелись и манеры, и презентабельный вид. И он выказывал присутствие здравого смысла, когда не был одержим похотью или продвижением по службе. Оззи любил поесть и выпить, но не злоупотреблял этим, даже когда это считалось в порядке вещей. Будь у него большое состояние, которого он так добивался, из него бы вышел неплохой епископ.

После завтрака сэра Джорджа и леди Харриет Уорлегган ожидали два экипажа. Молодая чета в сопровождении фаэтона, где разместилась служанка Харриет с багажом и личными вещами хозяйки, должна была отправиться по ухабам и колдобинам по узкой дороге до Хелстона, а оттуда свернуть на новую платную дорогу до Труро. В пяти милях от Труро — поворот направо, переезд через реку и подъем на холм до самого Кардью.

Там их никто не ждал, кроме маленькой Урсулы и ее гувернантки, да еще энергичные, вышколенные и хорошо оплаченные слуги. Джорджу хотелось впечатлить невесту, хотя и по крови, и по воспитанию ей не полагалось впечатляться чем-либо. Он ждал этого дня полтора года. Такой день не должен пройти незамеченным. В гостиной и столовой будет ярко пылать огонь в каминах. Еще один разведут в спальне. Сотня свечей будет гореть там, где обычно обходятся дюжиной. Подадут легкие и вкуснейшие блюда и лучшие французские вина. Не время экономить. Достойное торжество для холостяка с титулом рыцаря, сочетающегося браком с сестрой герцога.