Валентин Лавров - Катастрофа

— И вот после такого заговора надо пряник съесть, — закончил Бунин.

За столом стали обсуждать действенность заговоров, заклинаний, приговоров. Приводили в пример многочисленные случаи: «А вот у нас однажды было…»

Мнения сошлись на том, что правильно и к месту произнесенные, они обладают несомненным действием.

— А может, Лексеич, ты и песни свадебные знаешь? — спросил Василий Григорьевич.

— Песен Иван Алексеевич знает множество — игровых, обрядных, вечериночных, невесте, — за мужа ответила Вера Николаевна.

— А жениху? — поинтересовался неказистый гармонист с изуродованным ухом, похожим на пельменину.

— Знаю! — задорно ответил Бунин.

Все стали приставать:

— Всем миром кланяемся! Жениха ради! Уважения обчеству!

Вдруг Бунин поднялся, подхватился, сделал ухарское движение всем телом так, что у присутствующих сладко стало в груди.

А гармонист в лад поддержал:

Начал он негромко, речитативно, тенористо, постепенно забирая еще выше и выше:

Серьезно, словно делая важнейшее дело, на самых низких нотах поддержал Василий Григорьевич.

И тут же, враз вступили бабы, взвизгивая, сбивая с лада:

И вдруг все сдвинулось с мест, закружилось, ходуном пошло, кто вприсядку, кто в проходочку, весело, задорно, пристукивая каблуками, хлопая в ладоши и по голенищам сапог, взвизгивая, вскрикивая. Гармонист же, вдруг с неожиданной силой, невесть откуда взявшейся в тщедушном теле, едва не разрывая мехи, наяривал на своем инструменте — елецком трехголосом, в семь клавишей и в ореховом корпусе. Бабы же вскочили на лавку, дробя ногами, частя нещадно, так что могучая лавка ходуном пошла:

Продолжили, вываливаясь один за другим в распахнутую дверь, выходя во двор, оттуда на улицу:

— Эх, хорошо, молодцы, поете, ладно пляшете! — говорила, утирая пот со лба, Антонина Степановна.

И, едва кончили, едва перевели дыхание, как обернулись к молодым, вновь дружными голосами взяли с высокой ноты:

Уже перед уходом со свадьбы Бунин исполнил веселое, игровое, что запомнил:

Он выкинул затейливое коленце и подмигнул девчатам:

А теперь вы, красавицы, подхватывайте! Ну, дружнее!

вступили девчата.

Иван Алексеевич подошел к голубоглазой красавице с толстой русой косой — сестренке невесты, низко поклонился, приглашая ее выйти в круг. Она пошла, застенчиво опустив голову и стесняясь всеобщего внимания. Взяв ее за руку, Иван Алексеевич продолжил, а молодые и старые подхватили старинную свадебную песню:

Не успела стихнуть свадебная, как, перекинув косу на грудь, игриво подмигивая Бунину, кокетливо ему улыбаясь, сестренка невесты задорно запела:

Все весело засмеялись, а Василий Григорьевич поддержал: