Юрий Рудницкий - Сумерки

— А я было подумал…

— Что именно?

— Коли есть к ним дело, то я охотно туда сбегаю,

Андрийко всё ещё не понимал слугу.

— Какое же у меня может быть дело к Марине? — удивлённо спросил он. — Я ведь её и в глаза не видел!

— Да не к Марине, а к пани! К Марине — уже я…

Андрийко понял, и кровь ударила ему в голову. Сцена в покоях воеводы, сплетни пажа и вот теперь предложение Скобенка заставили его подумать о многом. Видно, дядя хорошо сделал, что поставил стражу у дверей: красавицы, если она готова любой ценой заманить к себе даже такого несовершеннолетнего юнца, как он, или мещанина Скобенка. Для чего? Кто знает это, кроме неё!

— Нет у меня дел к пани Офке, да и тебе не советую связываться с Мариной. Служанка старостихи, как я слышал, боярская дочь, и на тебя заглядываться не станет, а коль скоро позвала, то, значит, задумала втянуть в грязное дело. Берегись, не то попадёшь в беду! Ты приехал со мной, и я отвечаю за тебя перед дядей. Неравно же узнаю, что меня ослушался, то увидишь, верней, почувствуешь на собственной шкуре! А теперь ступай спать!

Опустив голову, как побитая собака, Скобенко выскользнул из комнаты, Андрийко же, быстро покончив с ужином, отворил узкое окно, выходящее на реку. Дул холодный ветер, но он не обращал на это внимания. В памяти проплывали впечатления дня, сильные и разнообразные: дядя, паж, пани Офка, её красота и злоба, её интриги, Скобенко, Марина, разговор о каких-то неведомых вражеских кознях против князя Свидригайла, нити которых терялись в палатах воеводы, точнее, в покоях старостихи. Юношу охватило любопытство, он затворил окно и вышел из комнаты, находившейся в крытой галерее над задней калиткой замка. Таких комнатушек было три, все они выходили в узкий коридорчик, и он сразу же обнаружил, что соседняя комнатка, отведённая Скобенке, пуста. Окна на половине воеводы были ярко освещены, видно, там шёл какой-то совет. У пани Офки тоже светилось одно окно. Пошёл ли туда Скобенко? А если да, то о чём они говорят? Андрийко вернулся к себе, взял кожушок и решил всё толком разузнать. Однако, когда он вышел в коридорчик, свет в окнах воеводы уже погас, а через площадь, позвякивая рыцарскими шпорами и ножнами меча, кто-то шагал в его сторону. Вскоре на ступеньках заскрипели сапоги, и Андрийко юркнул в свою комнатку. Не успел он снять кожушок и сесть у очага, как вошёл боярин Микола.

— Отлично, парень! — крикнул он. — Подставляй-ка лоб, поцелую. Воевода очень рад, что ты здесь. Видать, пришёлся ему по сердцу. Радуйся, парень, потому что Михаиле Юрша понапрасну никому сердца не откроет.

Боярин уселся у огня. Андрийко поставил перед ним кубок мёду, который принёс ему Скобенко к ужину. Дол— го сидел боярин, уставясь молча в огонь и нахмурив брови. Наконец, поставив кубок на шесток, он повернулся к юноше:

— Андрийко! Тебе миновало восемнадцать, ты уже не мальчик и знаешь, почему я ездил в Олеськ, правда?

Юноша кивнул головой.

— У нас ведь не было ни заранее обученных людей, ни вожаков, ни оружия, ни припасов. Начавшаяся на пограничье война целиком дело рук простого народа. Князь Несвижский и боярин Богдан Рогатинский порадели о том, чтобы в ближайших околицах своих замков подмять народ, и у каждого теперь набралось немало вооружённых мужиков. Наш воевода сделал то же на Волыни, Опилье, Холмщине и Перемышльщине. Но Перемышль далеко на западе, и туда следует послать человека понимающего, а не простого мужика. Вот потому поеду туда я, а Коструба с Грицьком отправились туда уже утром. Всё это так, однако шляхта разнюхала о наших приготовлениях и бежит в укреплённые замки. С запада же проникают шляхтичи, всякие прощелыги, дармоеды, попрошайки: дикие, драные, голодные. Но откуда шляхте известно о наших намерениях — не отдать ни пяди исконно русской земли без боя? По дороге я разузнавал, каким образом просачиваются сведения с востока на запад, и убедился, что они идут из Луцка. Тут, под боком у воеводы, живёт предатель…

— Воевода полагает, что это пани Офка! — заметил Андрийко.

— Да! Но ведь она лично вестей пе перевозит. У неё есть либо был помощник-посланец. Его-то нам и нужно во что бы то ни стало обнаружить. Ты меня понял?

Андрийко кивнул головой и воскликнул:

— А теперь послушай, боярин, что я заметил! — и вкратце изложил свой разговор со Скобепкой.

Боярин слушал внимательно, потом встал и заходил по комнате.

— Да, ты прав! — согласился он. — Здесь, наверно, и таится ответ, кто именно носит и будет носить сведения в город.