Николай Данилов - Кордон

Из трюма доносились громкие голоса, смех, гулкие удары швабрами.

— Окружай! — оглашенно кричал Заборов. — Так их, ядреный корень!..

Старший боцман с десятком матросов увлеченно занимался привычной на фрегате хозяйственной работой. Офицеры догадывались об истинной цели командира корабля, разрешившего Заборову в трудный час занять матросов не боевой подготовкой. Кто-то из них это будничное занятие шутливо назвал операцией «Крысы».

Обязательный и исполнительный капитан-лейтенант Стиценков, получив приказ губернатора Камчатки отправиться в залив Де-Кастри и доложить вице-адмиралу Путятину о беде, постигшей экипаж «Авроры», спешил. Но что он мог поделать, когда так велико расстояние от полуострова до Татарского «залива», а маленький бот тихоходен? Погода часто менялась — то тихая, солнечная и безветренная, то пасмурная с ветрами, чаще противными. Тихий океан, известный страшными тайфунами, — , и не всегда спокойное Охотское море в это время не были буйными, но все же препятствовали скорому движению бота. Конечно, не сильных стремительных ветров ждал капитан-лейтенант — он желал попутного умеренного ветерка, не вызывающего больших волн.

Старенький бот держал путь на юго-запад, чтобы проливом Лаперуза пройти мимо Японии и южной оконечности «полуострова» Сахалина, затем круто повернуть на север и Татарским «заливом» проследовать до гавани Де-Кастри. Случись это путешествие месяцем позже, и Стиценков мог бы знать, что Сахалин остров, северный мыс которого отделен от материка судоходным проливом. Тогда отпала бы надобность делать такой круг, проходить мимо чужих берегов; Стиценков провел бы бот из Охотского моря в Татарский пролив с севера — путь короче и безопаснее. К сожалению, мореплавателю с Камчатки не было известно новое отечественное открытие. Начальник Амурской экспедиции капитан I ранга Г. И. Невельской, памятуя о грозном времени, всячески старался, чтобы оно не разглашалось пространно.

Прибыв в залив Де-Кастри, Стиценков облегченно вздохнул: в гавани стоял фрегат «Паллада». Посланец Камчатки посчитал, что ему все-таки повезло — адмиральский корабль мог в это время находиться в другом месте, отдаленном от порта Де-Кастри. В тот же час Стиценков поднялся на палубу «Паллады». Вахтенный офицер доложил вице-адмиралу, что прибывший с Камчатки капитан-лейтенант добивается аудиенции. Путятин велел впустить посланца в каюту.

Капитан-лейтенанта адмирал выслушал хмуро. На его сухощавом лице, казалось, еще больше опустились кончики обвислых усов.

— Каково самочувствие господина Изыльметьева? — спросил адмирал.

— Плох, весьма плох, — ответил Стиценков. — На ногах стоять не мог.

— А помощники, господа Федоровский и Тироль?

— Не могу знать, — смущенно ответил капитан-лейтенант. — Их не видел.

— Ну, а кто-нибудь из офицеров «Авроры» на ногах держится? — допытывался Путятин.

— Так точно. Несколько человек — лейтенанты и прапорщики.

Услышав, что губернатор Камчатки организовал большой лазарет у горячего лечебного источника, адмирал удовлетворенно кивнул и распорядился:

— Как только экипаж и фрегат будут готовы к выходу в океан, пусть «Аврора» незамедлительно направляется сюда, в залив Де-Кастри.

— Губернатор Камчатки генерал-майор Завойко просил ускорить доставку продовольствия и лекарства, — сказал капитан-лейтенант.

— Подвезут без промедления, — пообещал Путятин.

Покинув «Палладу», Стиценков пошел к лабазу, чтобы

выяснить, когда, с чем и какие суда будут направлены в Камчатку. Оказалось, что транспорты «Байкал» и «Иртыш» почти готовы к отправке на полуостров. Один из них покинет гавань Де-Кастри через день, другой отправится в путь двумя сутками позже. Стиценков попросил капитана «Байкала» (этот транспорт уходил первым) взять его на борт. Получив согласие, он попрощался с экипажем своего бота, пожелав ему благополучного самостоятельного плавания.

Перед самым выходом «Байкала» из гавани Стиценков с борта видел, как в залив Де-Кастри величественно вошел фрегат «Диана». Приход военного корабля вызвал у всех моряков бурю восторга. По гавани разнеслось радостное «Ура-а!», в воздух полетели фуражки и бескозырки. От всей души порадовался приходу «Дианы» и Стиценков. В его памяти была свежа другая встреча, фрегата «Аврора». «Как хорошо, что морская трагедия не повторилась!» — удовлетворенно подумал он. В этот день и час не мог офицер предположить, что через год до него дойдет скорбная весть: у японских берегов во время дипломатической миссии вице-адмирала Е. В. Путятина фрегат «Диана» погибнет. Его разрушит, а затем потопит страшной силы морская стихия — цунами…