Йорг Кастнер - Чистилище

– Я ставил на твое любопытство. А теперь доедай свою яичницу, пока она не остыла. Кроме того, нам скоро нужно будет уезжать.

– Как это? – спросил Энрико. – До полудня еще два с половиной часа.

– Я хотел бы послушать на площади Святого Петра католическую благодарственную молитву. Понтифик объявил, что сделает важное заявление по поводу раскола Церкви. Поговаривают, что это будет ответ на собор Церкви истинной веры. Во всяком случае, эта новость уже облетела весь Рим, и сегодня в обед толпы верующих и журналистов будут стоять на площади Святого Петра. Если мы хотим заполучить место получше, нам не стоит задерживаться.

– Но ты только что сказал, что Ватикан неохотно распускает слухи.

– Только если это в интересах Ватикана.

– А что это за церковный собор, о котором ты говоришь?

– Разве ты не смотрел вчера новости?

– Нет. Я утолил свою потребность в сенсациях еще в Марино.

– Антипапа Луций в следующую среду приглашает всех кардиналов на собор Церкви истинной веры в Неаполе. Там будут утверждены основные положения и директивы новой Церкви. Ожидается большая информационная атака в связи с этим собором. Святая церковь истинной веры постарается перекрыть кислород настоящей Церкви и будет выставлять себя единственной легитимной католической Церковью.

Энрико нанизал на вилку остатки яичницы и сказал:

– Это выглядит как маркетинговая компания.

– Это и есть маркетинговая компания. Если мы хотим быть успешными в этом мире, нужно привлекать на свою сторону средства массовой информации и общественность. Это знают и раскольники в Неаполе, и священники в Ватикане. Поэтому мы распространили слух о сообщении Папы Кустоса, растиражировав его через все крупные издательства и телеканалы Рима.

– «Мы»? Что это значит?

– Ну, в общем… – произнес Александр, растягивая слова, и лукаво улыбнулся, – я тоже приложил руку к распространению слухов.

По предложению Александра они доехали до Ватикана на трамвае, и это оказалось очень умным решением. Хотя они чувствовали себя, словно сардины в жестяной банке, зато добрались быстрее, потому что все автодороги в сторону Ватикана оказались полностью забиты.

– Это не обычная давка людей, которые хотят услышать воскресную благодарственную молитву, – произнес Александр, когда трамвай проезжал мимо капитально застрявших в пробке автомобилей.

– Слухи о сообщении понтифика упали на благодатную почву.

– В Ватикане хорошее отделение по работе с прессой, – ответил Энрико и подмигнул Александру.

Уже издалека им было видно, что площадь Святого Петра просто трещит по швам от народа. Верующие, зеваки, священники, журналисты, кинооператоры и звукоинженеры стояли так же тесно, как и пассажиры в трамвае. Полицейские и швейцарская гвардия добросовестно пытались навести порядок в толпе. Журналистское удостоверение Александра и личное знакомство с одним из гвардейцев помогли им с Энрико пробраться по узким свободным проходам у заграждений далеко вперед, пока над их головами не появился гигантский купол собора.

Они находились в центре католического христианства, но в душе у Энрико, который оказался здесь впервые, не было торжества. Многие тысячи людей громко говорили вокруг него, звали друг друга, что-то кричали по телефону, что-то ели и пили – и все это напоминало большие народные гулянья у святого места. Только когда Энрико внимательно осмотрелся, он заметил, что не все вели себя так развязно. Многие из тех людей, что находились сейчас на площади, были серьезны, стояли тихо и даже скованно в ожидании момента, когда на балкон четвертого этажа Апостольского дворца выйдет понтифик и прочитает традиционную благодарственную молитву. Это были верующие, которые больше всего переживали из-за раскола Церкви и рассчитывали найти утешение в сообщении главного пастыря.

Но когда в Апостольском дворце открылось второе окно справа и между белыми рамами появилась фигура понтифика, эти немногочисленные набожные люди окаменели от волнения. За несколько секунд на площади Святого Петра воцарилась почти полная тишина, и несколько тысяч людей в надежде устремили свой взор на понтифика, который стоял наверху, такой маленький и незаметный. Признаться, Энрико был разочарован, он надеялся лучше рассмотреть Папу Кустоса. Они с Александром стояли почти впереди всех, однако Энрико мог видеть лишь очертания святого отца, одетого в белую сутану. Благодаря современной технике голос понтифика звучал громко и четко, на всю площадь, так что не приходилось напрягать слух во время чтения им благодарственной молитвы. Наконец Кустос закончил, и снова воцарилась тишина. Люди неотрывно глядели на Папу.