Йорг Кастнер - Чистилище

Вчера вечером в отеле и только что в самолете он прочитал четвертую, предпоследнюю, главу дневника Фабиуса Лоренца Шрайбера. Сидя в такси, везущем его в Рим, Энрико обдумывал прочитанное. Местность по обеим сторонам шоссе была не так интересна, как старые путевые записки. Энрико вспомнил о том, как Фабиус Лоренц Шрайбер при невольной помощи Марии Бальданелло обнаружил древний этрусский город, и у него перед глазами возникла картина города мертвых, в котором жил Анджело. Шла ли речь о том самом месте? Едва ли, ведь Фабиус Лоренц Шрайбер был, наверное, хорошим археологом и говорил о городе, а не о некрополе. А если о том и о другом сразу? Этруски, которые жили там, хоронили своих соплеменников недалеко от города. Возможно ли совпадение в том, что герцогиня Элиза отправила Фабиуса Лоренца Шрайбера на поиски города этрусков и что Энрико спустя двести лет наткнулся на гробницы этого древнего народа? Он не хотел верить в свое предположение, тем более что многие части этой головоломки отсутствовали и восстановить картину полностью не удавалось.

Пока такси мчалось в Рим по автобанам и скоростным трассам, в голову Энрико закралась мысль, что он допустил ошибку. Не лучше ли было искать разгадку тайны, которая укрывала его, словно густой туман, в маленькой деревне Борго-Сан-Пьетро, а не в большом Риме? С каждым километром он удалялся от места, которое его интересовало. Он уже решил было остановить таксиста и отправиться обратно в аэропорт, чтобы ближайшим рейсом вылететь в Пизу. Но потом вспомнил о кардинале Сальвати, которого Церковь истинной веры выбрала антипапой. Он, как и мать Энрико, тоже был родом из Борго-Сан-Пьетро. Еще одна случайность или в этом есть какая-то связь? Собственно, и Елена занималась сбором информации об антипапе, а Рим и Ватикан – это центр католической церкви. «Может быть, окольный путь приведет быстрее к цели», – подумал Энрико, откинувшись на спинку сиденья, и попытался расслабиться.

Он спрашивал Елену, почему Александр Розин не поехал в Пешу. Она упомянула о чем-то важном в расследовании двух убийств священников, которые произошли в Риме и в Албанских горах. А спустя некоторое время в Тоскане священник сам стал убийцей и потом наложил на себя руки. Еще одним странным совпадением больше, если это было совпадение.

Перед Энрико из серой дымки показались очертания Рима, но он закрыл глаза и вспомнил о фразе, которую прочитал у Фридриха Хеббеля: «Случайность – загадка, которая определяет судьбу человека». Энрико твердо решил разгадать эту загадку.

Когда он снова открыл глаза, такси проезжало мимо уродливых многоэтажек обычного пригорода, с унылым видом которого не могла сравниться даже погода. Когда Энрико раньше думал о Риме, он представлял его совсем другим: площадь Святого Петра и Кастель Сант-Анджело, Колизей и фонтаны Треви, Одри Хепберн и Грегори на своем мотороллере. Он улыбнулся от этих мыслей. Несмотря на то что в его венах текла стопроцентная итальянская кровь, он никогда не бывал в Риме и знал этот город лишь по фильмам и картинкам из отрывного календаря. В начале третьего тысячелетия в молниеносно меняющемся и рассыпающемся на куски мире Энрико не ожидал увидеть Рим таким, каким он был в его мечтах и на почтовых открытках. Но вдруг картина изменилась. Такси ехало по улицам вдоль впечатляющих старых домов, которые перемежались с античными руинами. Теперь у Энрико действительно появилось ощущение, что он наконец-то в Риме. По автомобильному движению он понял, что его окружает другая культура.

Энрико в мыслях уже несколько раз жал правой ногой на воображаемый тормоз, но водитель такси прокладывал путь, агрессивно вращая руль и сигналя.

Фасад дома на Виа-Каталана, в котором жил Александр Розин, был узким, без лишних украшений. Ближайшие дома, казалось, подперли его боками с обеих сторон. Энрико достойно заплатил водителю за проезд и попросил передать записку в «Мессаджеро». Уже после первого звонка раздался сигнал, и входная дверь открылась. Держа дорожную сумку в левой руке, Энрико прошел в парадное. Напрасно он искал лифт – наверное, для него это здание было просто слишком тесным. Энрико, пыхтя, поднимался по узкой лестнице и чувствовал, как его ноги постепенно тяжелеют. Но это было не из-за лестницы, а лишь от мысли, что сейчас на четвертом этаже он встретится с Александром Розином.

Перед дверью в квартиру Энрико еще раз отдышался и только хотел нажать кнопку звонка, как дверь сама распахнулась. Энрико увидел на пороге рослого мужчину с выдающимся вперед подбородком, темно-рыжими, слегка вьющимися волосами и выразительными глазами и с легкостью представил, как Елена могла в него влюбиться. К сожалению.