Гэри Дженнингс - Ацтек

А случилось следующее. Некий мешикатль, старший сборщик дани по имени Куаупопока, совершавший в сопровождении отряда воинов Мешико ежегодный обход плательщиков дани, посетил жившее у моря, чуть севернее, чем тотонаки, племя хуаштеков. Получив положенное и собрав караван носильщиков из хуаштеков, призванных нести собственную дань в Теночтитлан, он двинулся дальше на юг, в страну тотонаков, как поступал каждый год много лет подряд. Но, добравшись до столичного города Семпоалы, Куаупопока, к крайнему своему изумлению и негодованию, обнаружил, что тотонаки и не думали подготовиться к его прибытию. Они не только не собрали товары и не выделили носильщиков, но их правитель Пацинко не удосужился даже составить список добра, отдаваемого Мешико в счет податей.

Явившийся с севера, из отдаленных земель, Куаупопока ничего не слышал — ни о том, что случилось с мешикатль, которые до него проверяли у тотонаков списки дани, ни о событиях, последовавших за этим. Мотекусома мог бы легко известить его обо всех переменах, послав гонца, но почему-то этого не сделал. Я так и не узнал, забыл ли об этом Чтимый Глашатай в свете прочих событий, или же он намеренно решил предоставить сборщику дани действовать по заведенному порядку и посмотреть, что из этого выйдет. Так или иначе, Куаупопока попытался исполнить свой долг. Он потребовал от Пацинко дани, но тот, при всем своем былом раболепии, на этот раз отказался повиноваться на том основании, что он больше не подчиняется Союзу Трех. Вождь тотонаков объяснил, что у него теперь новые господа — белые люди, которые живут в укрепленной деревне дальше по побережью. Пацинко плаксиво предложил Куаупопоке обратиться к их вождю, который там главный, некоему Хуану де Эскаланте.

Удивленный, рассерженный, но исполненный решимости Куаупопока повел свой отряд к Вилья-Рика-де-ла-Вера-Крус, где услышал одни лишь издевательские насмешки: хотя он и не понял слов незнакомого языка, но догадался, что его оскорбляют. А теперь представьте: простой сборщик дани сделал то, чего до сих пор так и не сделал могущественный Мотекусома: он отказался сносить насмешки чужеземцев и наказал их за дерзость. Возможно, Куаупопока совершил ошибку, но совершил он ее, не свернув с пути отваги и чести, проявив себя достойным мешикатль. Пацинко и Эскаланте, оскорбив его, допустили более серьезную ошибку, ибо им следовало осознавать уязвимость своего положения: ведь практически вся армия тотонаков ушла с Кортесом. В Семпоале осталось совсем немного воинов, да и Веракрус был защищен не намного лучше, ибо бо́льшую часть его гарнизона составляли моряки, перебравшиеся на берег с затопленных кораблей.

Куаупопока, повторяю, был всего-навсего мелким нашим чиновником. Я, может быть, единственный, кто вообще запомнил его имя, хотя многие помнят судьбу, к которой привел его тонали. Этот человек был верен своему долгу и усердно исполнял возложенные на него обязанности. Поэтому, когда Куаупопока впервые в жизни столкнулся с неповиновением со стороны обложенного данью племени, у него не возникло и мысли о том, чтобы отступиться, недаром имя его означает Бдительный Орел. Куаупопока выкрикнул приказ, и застоявшиеся без настоящего дела воины мешикатль, которым до смерти надоело просто сопровождать носильщиков, с радостью ухватились за возможность подраться. Немногочисленные арбалеты и аркебузы отстреливавшихся из-за частокола белых людей не смогли сдержать их натиск.

Эскаланте и немногие оставшиеся в составе гарнизона солдаты пали в бою, а моряки побросали оружие и сдались в плен. Куаупопока расставил вокруг дворца Семпоалы стражу и объявил насмерть перепуганным тотонакам, что в связи с попыткой измены им в этом году придется отдать в качестве дани все свое имущество, имеющее хоть какую-либо ценность. Можно сказать, что гонец Пацинко, сумевший выскользнуть из охраняемого дворца, чтобы сообщить эту весть Кортесу, совершил настоящий подвиг.

Разумеется, Кортес мигом сообразил, что это событие делает его положение весьма опасным и уязвимым, но, вместо того чтобы терять время на размышления и предаваться унынию, направился прямиком к Мотекусоме вместе с рыжим верзилой Альварадо, Малинцин и отрядом до зубов вооруженных солдат. Без всяких просьб и уведомлений, расшвыряв слуг и управителей, он ворвался в тронный зал и, разъярившись до последней степени, изложил Чтимому Глашатаю свою, несколько исправленную версию случившегося. По его словам, вооруженная банда мешикатль без какого-либо повода напала на мирное поселение белых людей и пролила кровь невинных. Это неслыханное, просто зверское преступление, и, разумеется, Кортес хотел бы знать: что намерен предпринять в связи со случившимся Мотекусома?