Александр Авдеенко - Черные колокола

Крепко хлопнув дверцей машины, владелец «кадиллака» размял затекшие руки и ноги и направился на веранду ресторана. Это был высокий, сухощавый, неопределенного возраста, без единой морщинки, с моложавым лицом и седеющими висками человек.

Официант ресторана, взглянув на важного туриста, на его просторный, из дорогого твида пиджак, понял, что должен разговаривать с ним на английском. Поздравив гостя с благополучным прибытием в Никельсдорф, пожелав доброго утра, он спросил, чем может быть полезен достопочтенному сэру. Американец потребовал черный кофе, свежие венгерские газеты. Получив то и другое, он скромно уселся в дальнем конце веранды, не освещаемой утренним солнцем.

Поднося к губам чашку с кофе, он поднимал от газетного листа глаза и с недоумением смотрел на улицы просыпающегося городка.

«Боже мой, какая эта глухомань, – как бы говорил взгляд американца, – как тут скучно жить!»

Всем, кто в этот утренний час был в ресторане «Черный орел», даже старому официанту, прослужившему в полиции более тридцати лет, казалось, что взгляд этого раннего туриста ничего другого не выражает.

И все ошибались.

Турист, глядя на Никельсдорф, думал о том, как этот маленький, сонный городишко, почти деревня, через два-три дня начнет жить бурной жизнью, превратится в главные ворота Запада, прогремит на весь мир.

Владелец «кадиллака» был американцем по паспорту, венгром по рождению, разведчиком по профессии. В течение своей жизни он много раз, приспосабливаясь к обстоятельствам, как и его коллеги, менял и облик, и паспорт, и подданство, и родину. Был англичанином Антони Фоксом, канадцем Реджинальдом Бутлером, испанцем Франциско Ходосом, немцем Генрихом Ваксом, французом Жаном Греве, русским Петром Козловым, поляком Яном Рассохой. Теперь он выдает себя за венгра, еще в детстве эмигрировавшего в США и постоянно живущего где-то в Нью-Йорке. Фамилию присвоил себе мадьярскую – Карой Рожа. Служил он, если верить корреспондентскому билету, в североамериканской радиокорпорации специальным политическим обозревателем. Настоящую его фамилию знали только в управлении личного состава ЦРУ. В «Отделе тайных операций» он был крупным воротилой. Теперь он был назначен руководителем летучего штаба по проведению в жизнь операции «Черные колокола».

Рожа возвращался в Будапешт из длительной поездки по «свободному миру». В многочисленных лагерях Западной Германии и Верхней Австрии вместе со штабистами «Отдела тайных операций» он проводил генеральный осмотр ударным силам, которые запланировано забросить в Венгрию в самые ближайшие дни. Все было хорошо. Хорошо прошли и последние генеральные совещания с «Бизоном», с руководителями редакций радиоцентра «Свободная Европа», с представителями Пентагона, Государственного департамента, с Геленом, начальником разведывательного ведомства Аденауэра.

Фундаментальный штаб пока находился в Баварском Лесу. Но и он, как только ясно определится обстановка в Будапеште, перебазируется поближе к истокам событий – в Австрийские Альпы, в Зальцбург и в Бургенланд, в австрийскую область, когда-то населенную венграми, в громадный, давно осиротевший замок венгерского магната князя Эстерхази, того самого Эстерхази, который был осужден вместе с архиепископом Миндсенти и вот уже много лет сидит в тюрьме.

Летучий штаб в полном составе длительное время работал в Будапеште. Состоял он из семи человек, знатоков своего дела. Каждый действовал по заранее выработанному плану и в определенном направлении. Отто Бундер, западногерманский турист, литератор-путешественник, полюбивший горячие минеральные источники Будапешта, живущий в отеле острова Маргит, отвечал за Дунай и за все, что связано с Дунаем. Его отряды должны парализовать всякое движение по реке, вывести из строя судоверфи на берегу Дуная, овладеть мостами, соединяющими Буду и Пешт, и, если потребуется, разрушить их.

Другой член летучего штаба, Фрэнсис Кук, имеющий паспорт гражданина Федеративной Республики Германии и корреспондентский билет газеты «Баварское время», нацеливался со своими отлично обученными, заранее заброшенными в Будапешт боевиками и местными агентами на Дом радио, на Йожеф-Варошскую телефонную станцию, на узел международной связи, на почтамт, на Восточный, Западный и Южный вокзалы.

Третий, замаскированный под автомобильного техника, начальника центрального гаража венгра Золтана Куцку, обеспечивал транспортом ударные отряды нападения на все оружейные заводы, на арсеналы по улице Тимот. Куцка был американцем, но много лет работал в Будапеште и отлично знал венгерский язык.