Джорджетт Хейер - Воспитание чувств

– Я не сделаю ничего, что могло бы вызвать ваше неудовольствие, – пообещал он. – Я увижу вас на бале-маскараде завтра вечером в Нижнем Зале?

– Не… не знаю. Я не уверена, что приду.

– О, это слишком жестоко с вашей стороны! – шутливо взмолился он. – Разве не вы обещали мне менуэт? Сегодня, перед отъездом из Бата, я непременно впишу свое имя в список кандидатов, чтобы стать первым. Вы же не оставите меня без партнерши на первый танец?

Геро ответила ему шуткой; всю оставшуюся дорогу мистер Тарлетон поддерживал легкий и непринужденный разговор. Окончательно плененный ею, он высадил девушку в Кэмден-Плейс и решился предпринять некоторые действия, достаточно сумасбродные, чтобы понравиться какой-нибудь несмышленой девице, зачитывающейся романами из публичных библиотек.

После обеда, возвращаясь с Милсом-стрит, Геро случайно столкнулась с Джорджем. Она сделала кое-какие покупки для леди Солташ, и он моментально освободил леди Шерингем от пакетов, настояв на том, что проводит ее до Аппер-Кэмден-Плейс. Едва они успели пересечь Беннет-стрит, как из-за угла Бельмонт-стрит показался экипаж Шерри. Его испуг и застывшее на лице изумление не остались незамеченными Геро; и, поскольку ей не пришло в голову (как и Джорджу, кстати), что его удивление вызвала не она сама, а ее спутник, то последние проблески надежды, будто он приехал в Бат на ее поиски, растаяли в душе Геро без следа. Пока Шерри расцеплял свою коляску и фаэтон, она поспешила прочь по Рассел-стрит, едва ли не силой увлекая Джорджа за собой. Будучи прекрасным наездником, лорд Ротем на мгновение позабыл обо всем, глядя на ту кашу, что заварил посреди улицы Шерри.

– Боже, ну как можно быть таким криворуким! – воскликнул он.

Погрузившись в пучину отчаяния, Геро тем не менее не смогла удержаться от смеха, вспоминая дорожное происшествие.

– Как это похоже на Шерри! – сказала она. – А ведь он наверняка обвинит во всем того беднягу на фаэтоне! Ох, Джордж, он решительно не ожидал увидеть меня здесь! Вы были правы. Еще никогда я не видела его в таком смятении. О боже, зачем я только родилась на свет?

– Вы видели, кто сидел рядом с ним? – спросил Джордж. – Ферди! Должно быть, Шерри сообщил ему, что едет сюда, как сказал об этом и мне! Признаюсь, не думал, будто у Фейкенхема достанет здравого смысла приехать вместе с ним. Помяните мое слово, не пройдет и часа, как он явится с визитом на Кэмден-Плейс! Но что же, черт возьми, нам делать, Котенок? Ах, какая досада – он видел меня с вами и теперь потребует у меня объяснений! Как по-вашему, что я должен ответить ему?

А Геро не знала, на что решиться; но, когда они вернулись на Кэмден-Плейс, леди Солташ взяла всю ответственность на себя и попросила Джорджа передать Шерри, что в настоящий момент Геро живет у нее.

Геро, в волнении расхаживавшая по комнате, вдруг остановилась и решительно заявила:

– Джордж, если он станет расспрашивать вас, счастлива ли я, ответьте ему, что да, несомненно, потому что буквально пропадаю на балах, приемах и концертах! И еще, передайте ему: я вновь стала мисс Уонтедж! Вы не станете возражать, дорогой Джордж, если добавите, что у меня появилось множество поклонников в Бате? Но если позволите ему догадаться о том, что я ужасно скучаю по нему, то я больше никогда не стану разговаривать с вами, до самой смерти!

Джордж пообещал в точности исполнить все ее указания; однако на душе у него было неспокойно, поскольку он еще никогда не видел ее в таком смятении. Леди Солташ между тем одобрила все данные ему поручения, посему он решил, что сделает так, как ему велено. Джорджа снедало любопытство, и ему очень хотелось повидаться с Ферди, который, как он был уверен, не преминет появиться на Кэмден-Плейс в самое ближайшее время, посему он постарался задержаться в гостиной.

Долго ждать не пришлось; спустя короткое, на удивление, время наемный фиакр высадил Ферди у дверей особняка леди Солташ. Мистер Фейкенхем был настолько похож на испуганного молодого оленя, преследуемого охотниками, что даже Геро не выдержала и рассмеялась, присоединившись к Джорджу у окна, чтобы понаблюдать за прибытием Фердинанда.

Но никакие обстоятельства не в силах были заставить Ферди забыть об изысканных манерах, поэтому когда через минуту его препроводили в комнату, то поклон и поцелуй, запечатленный на руке леди Солташ, казались безупречными.

– Знаете, молодой человек, – язвительно заметила ее светлость, – вы похожи на кролика, за которым гонится борзая! Что, Шерингем преследует вас по пятам?