Джорджетт Хейер - Воспитание чувств

– Подожди, пока я не встречусь с ним лицом к лицу! – сквозь зубы процедил Шерри.

Мисс Милбурн прикрыла глаза рукой.

– Еще никогда в жизни я не была настолько шокирована! – сказала она. – Я даже не знаю, что сказать! Ты не думаешь… Не может ли такого быть, что он встретил Геро случайно?

– Я ничуть не сомневаюсь в том, что именно в это он и попытается заставить нас поверить! – коротко рассмеявшись злым смехом, сказал Шерри. – Но это уже немного чересчур! Теперь я понимаю, почему он так настойчиво уговаривал меня не ехать в Бат! Теперь у меня открылись глаза! Да он, наверное, помчался сюда сразу же после того, как я твердо решил сопровождать свою мать!

– И она тоже хороша! – срывающимся от волнения голосом изрекла мисс Милбурн. – О, такого я от нее не ожидала!

– Неправда! – провозгласил виконт, подступая к девушке. – Именно об этом ты и подумала, Белла! Но в том нет ни грана правды, а если ты посмеешь повторить свои слова, то я задушу тебя!

– Кто дал тебе право разговаривать со мной в подобном тоне! – мгновенно ощетинилась мисс Милбурн. – Слава богу, я не твоя несчастная супруга!

– Если ты благодаришь Бога за это, значит, наши мнения на сей счет совпали! – не остался в долгу виконт. – Это ты во всем виновата! Если бы ты не морочила голову Ротему, подобное никогда не случилось бы! Боже мой, стоит мне подумать о том, как он всячески уговаривал меня не ехать сюда, а потом… – Его светлость вдруг замер на месте и хлопнул себя по лбу. – Клянусь Юпитером! И Ферди тоже! Ферди ! Он знал! Что ж, по крайней мере, до одного из них я доберусь непременно! И Фейкенхему придется мне кое-что объяснить!

С этими словами виконт решительно вышел из комнаты и, прыгая через несколько ступенек, спустился по лестнице. Но, хотя его кузен Ферди, по общему мнению, не отличался особой сообразительностью, чувство самосохранения у него было развито прекрасно, и он не стал дожидаться неизбежной развязки. Ни в доме, ни поблизости не обнаружилось ни малейших признаков его присутствия, и лишь в ходе яростного допроса Бутля виконту удалось установить, что мистер Фейкенхем вспомнил о срочных покупках, которые ему понадобилось сделать немедленно, поэтому он отправился за ними не далее как десять минут назад.

Шерри знал, что остановиться кузен собирался в гостинице «Йорк», и потому незамедлительно направился туда. Но и здесь его подстерегала неудача. Багаж и камердинер мистера Фейкенхема действительно прибыли, однако сам кузен Ферди здесь еще не появлялся. Виконт, распаляясь все сильнее, некоторое время прождал его в буфетной, но, когда стало ясно, что кузен не намерен вылезать из той норы, в которую забился, Шерри вернулся в «Ройял-Крещент», оставив у камердинера сообщение; оно должно было вселить в Ферди ужас и подвигнуть его тотчас же спасаться бегством в Лондон.

Первым, что бросилось в глаза виконту по возвращении в номер своей родительницы, стала продолговатая визитная карточка, лежащая на столике в холле. Он с любопытством взглянул на нее, однако расположение духа его от этого не улучшилось, поскольку на ней значилось имя сэра Монтегю Ревесби, выведенное каллиграфическим почерком. Его светлость поднялся наверх, дабы сменить дорожный костюм на что-либо более подходящее для ужина в обществе своей матери. Но чувство сыновнего долга не простиралось настолько далеко, чтобы побудить его надеть чулки и бриджи до колен, которые она старомодно считала de rigueur [60]. Вместо них Шерри остановился на компромиссном варианте, включавшем пару облегающих панталон со штрипками, застегнутыми под стопой, и одним из своих сюртуков Штульца, сшитом из тончайшей шерсти.

Его родительница, пребывавшая, по всей видимости, в превосходном расположении духа, приветствовала сына ласковой улыбкой и, когда он коротко извинился за опоздание, ответила, что не держит на него зла. Он занял свое место в конце стола, сердито заявив:

– Я смотрю, этот тип не стал терять времени и уже навязал тебе свое общество, Белла!

– Если ты имеешь в виду сэра Монтегю, – невозмутимо откликнулась мисс Милбурн, – то он оказался столь любезен, что дождался нашего появления, чтобы справиться, не может ли он быть нам полезным. Мы уже в долгу перед ним за цветы, которые он нам прислал.

– Да, действительно! – подхватила леди Шерингем. – Замечательный мужчина! И выглядит просто великолепно: в нем за версту чувствуется джентльмен! Он вел себя чрезвычайно мило и любезно; только представь себе, Энтони, он даже смог порекомендовать мне лечение, которое я непременно должна испробовать! Похоже, здесь живет некий доктор Уилкинсон, недавно купивший купальни Эбби-Батс; именно он, по мнению сэра Монтегю, может мне помочь. Видишь ли, эти купальни – приватные, и доктор Уилкинсон намерен устроить Питьевую галерею на Эбби-стрит, где можно будет испить четыре разных сорта вод! Подумать только! Кроме того, этот доктор является ярым приверженцем русского метода принятия паровых бань, о которых я раньше не слыхала, но они, я уверена, пойдут мне на пользу. Не помню, когда в последний раз получала подобное удовольствие от разговора с кем-либо! И о тебе сэр Монтегю отозвался с дружеским расположением, Энтони.