Джорджетт Хейер - Воспитание чувств

– Ничуть не бывало. И Джил мне тоже нравится. Я не из тех, кто оставляет друзей в беде. Ты едешь в своей коляске?

– Да, но…

– Тогда захвати меня на Кэвендиш-сквер. Буду ждать тебя в любое время.

– Я с удовольствием захвачу тебя, если ты не шутишь, – сказал Шерри. – Откровенно говоря, я только рад компании в дороге, но, сдается мне, завтра ты будешь дрыхнуть до обеда, чтобы хоть немного проспаться. А теперь, если ты не желаешь оставаться у меня, ступай домой!

– Я иду не домой, а в «Уайтс», – поправил его Ферди. – Не хочешь присоединиться к нам, старина?

– Нет, не хочу! – отрезал Шерри, распахивая перед Фейкенхемом дверь.

– И правильно! Ты одет совершенно неподобающе! – согласился Ферди. – До завтра!

Вопреки ожиданиям, Шерри, остановившись в полдень на Кэвендиш-сквер, застал кузена не только полностью проснувшимся, но и готовым выступить в путь. У Ферди было время изобрести несколько предлогов, объясняющих его неожиданное, однако весьма настойчивое желание отправиться в Бат, и, хотя Шерри не поверил ни одному из них, все-таки угадать действительную причину виконт не мог. Он подозревал, что последние проделки Ферди в Лондоне могли пробудить в нем горячее желание удалиться на некоторое время из метрополии, но поскольку проявлял лишь поверхностный интерес к делам кузена, то не стал и с пристрастием расспрашивать его.

Зима выдалась необычайно мягкой, и они не испытывали особого дискомфорта в дороге, которая, как и предсказывал Шерри, растянулась на два дня. Кавалькада, состоявшая из тяжелой дорожной кареты, двух легких фаэтонов для слуг и багажа, а также спортивной коляски, выглядела достаточно импозантно, чтобы обеспечить вдове весьма лестное внимание во время каждой остановки. Хозяева гостиниц кланялись ей чуть ли не до земли, официанты сбивались с ног, спеша подать им освежающие напитки; служанки приседали в реверансах, а конюхи расталкивали друг друга локтями в надежде опередить конкурентов и первыми обслужить кортеж, один только вид которого обещал необычайно щедрые чаевые.

Они въехали в Бат к вечеру второго дня, и карета вдовы, тяжело покачиваясь на мостовой, намного опередила коляску, непозволительно задержавшуюся на постоялом дворе в нескольких милях от города. Леди Шерингем заказала роскошные апартаменты в «Ройял-Крещент», посему Шерри, выехав на авеню Бельмонт со стороны Гинея-лейн, вынужден был резко свернуть направо, на Беннет-стрит, которая вела мимо Новых Залов собраний на Серкус.

Именно посередине этой оживленной магистрали, в тот самый момент, когда от виконта требовался исключительный глазомер и твердость рук, чтобы протиснуться между наемным фиакром, приткнувшимся с левой стороны дороги, и фаэтоном с высокой посадкой, приближающимся к нему навстречу, коим правил франтоватого вида мужчина в пальто с многочисленными воротниками, Шерри и увидел свою супругу, шествующую под ручку с лордом Ротемом.

С губ его светлости сорвалось ужасное богохульство, и он едва не свалился наземь с облучка. Шерри резко дернулся вправо, в сторону от фаэтона; в следующий миг колеса обоих экипажей с треском сцепились, и теперь уже куда более яростные восклицания посыпались с губ мужчины в пальто с воротниками.

Поскольку лошади отпрянули в стороны, грозя встать на дыбы, и раздался зловещий треск ломающегося дерева, Шерри вынужден был обратить свое внимание туда, где оно в данный момент требовалось больше всего. Экипажи удалось расцепить благодаря ловкости Джейсона, который, не тратя лишних слов, в мгновение ока слетел с запяток и бросился к лошадям своего хозяина. Тем временем Геро и Джордж, свернув на Рассел-стрит, скрылись из виду.

Шерри, не обращая внимания на справедливые упреки вошедшего в раж владельца фаэтона, сунул поводья в руки кузена и, бросив ему короткое «Разберись с этим типом!», спрыгнул с повозки, едва не угодив под колеса тильбюри; а потом обругал парочку носильщиков, портшез которых загородил ему дорогу, пересек улицу и быстрым шагом устремился в сторону Рассел-стрит.

Увы, он опоздал. Добежав до поворота, виконт увидел, что его добычи уже и след простыл, и, сделав еще несколько шагов по улице, остановился, осознав всю тщетность поисков в хитросплетении соседних улочек и переулков. Развернувшись, виконт пошел обратно, сообразив, что его крайне эксцентричное поведение привлекло повышенное внимание и к нему самому. Он также обнаружил, что по-прежнему сжимает в руках хлыст, и если бы вид лорда Ротема, услужливо склонившегося к Геро, не преисполнил Шерри убийственной ярости, он бы, пожалуй, даже улыбнулся при мысли о том, сколь комичное зрелище собой являет.