Генри Миллер - Плексус

– Силы небесные! – запричитала старушка.

Джордж быстро помог Герби выбраться из коляски. Тот встал во весь рост – в куртке и длинных брюках, на голове капор, в руке колокольчик, в который он вцепился, как маньяк. Сказать, что вид у него был дурацкий, значит не сказать ничего.

– Не волнуйтесь, мэм, – говорит Джордж, – башка у него крепкая. – Берет Герби за руку, подводит его ближе. – Скажи леди что-нибудь! Скажи что-нибудь приятное! – И отвешивает ему хорошую оплеуху.

– Подонок! – вопит Герби.

– Гадкий мальчик! – говорит Джордж и хлоп его еще раз. – Что ты всегда говоришь леди? Ну-ка, скажи, не то ремня получишь.

Герби сделал ангельское выражение, возвел глаза к небу и, тщательно выговаривая слова, сказал:

– О кроткое созданье, наверно, тебя послали нам ангелы! В нашей семье девять душ, не считая козы. Меня зовут О’Коннел, мэм. Теренс О’Коннел, мы направлялись к Ниагарскому водопаду, но погода…

Старая квочка была не в силах слушать дальше.

– Вы все трое позор общества! – закричала она. – Никуда не уходите, будьте здесь, пока я поищу констебля.

– Да, мэм, – говорит Джордж, взяв под козырек, – мы никогда не уйдем, правда, Теренс? – И с этими словами дает Герби звонкую пощечину.

– Ой! – завопил Герби.

– Прекрати немедленно, негодяй! – завизжала старая дева. – А ты, – повернулась она ко мне, – почему ничего не сделаешь? Или ты тоже ненормальный?

– И я тоже, – ответил я, сжал двумя пальцами нос и заблеял по-козлиному.

– Стойте здесь! Я сейчас! – крикнула она и помчалась к начальнику станции.

– Быстро! – скомандовал Джордж. – Бежим отсюда!

Мы с ним схватили коляску и пустились бежать. Герби на секунду задержался, распутывая ленты капора, а потом рванул следом.

– Отличная работа, Герби, – сказал Джордж, когда мы оказались в безопасности. – Давайте вечером порепетируем. Ген придумает тебе новую историю, придумаешь, Ген?

– Не хочу опять изображать младенца, – сказал Герби.

– Ладно, – добродушно согласился Джордж, – в коляске будет Ген.

– Ты хочешь сказать, если сумею в нее втиснуться.

– Мы тебе поможем, даже если придется воспользоваться кувалдой.

Но после обеда нам пришли в голову новые идеи, как казалось, куда интересней. Мы до полуночи не спали, обсуждая их.

Только мы задремали, как Джордж Маршалл вдруг сел в постели:

– Ты не спишь, Ген?

Я застонал.

– Забыл спросить тебя кое о чем.

– Ну, в чем дело? – пробормотал я, боясь, что сон пройдет.

– Уна… Уна Гиффорд! Ты ни слова о ней не сказал за все это время. В чем дело, ты больше не влюблен в нее?

– Господи, – застонал я, – нашел о чем спрашивать среди ночи.

– Прости, Ген. Я только хотел знать, любишь ли ты еще ее.

– Сам знаешь, – ответил я.

– Думаю, что знаю. Ладно, Ген, покойной ночи!

– Покойной ночи! – сказал Герби.

– Спите! – откликнулся я.

Я попытался уснуть, но не получилось. Я лежал, глядя в потолок, и думал об Уне Гиффорд. Немного погодя решил, что надо это дело прояснить.

– Джордж, ты спишь? – негромко позвал я.

– Хочешь знать, не видел ли я ее в последнее время? – спросил он.

Ясно было, что он и не пытался уснуть.

– Да, хотелось бы. Расскажи мне что-нибудь о ней. Что угодно, хоть пустяк какой.

– Я б с удовольствием, Ген, понимаю твои чувства, да не о чем рассказывать.

– Господи, не говори так! Выдумай что-нибудь!

– Хорошо, Ген, попытаюсь, ради тебя. Подожди минуту. Дай подумаю…

– Что-нибудь простое, – сказал я. – Мне не нужны фантастические истории.

– Слушай, Ген, это не выдумки: я знаю, она любит тебя. Не могу объяснить, почему я так считаю, но это так.

– Неплохо. Чуть подробней.

– Последний раз, когда я видел ее, я попытался выведать, что она думает о тебе. Она прикинулась, что ты ее совершенно не интересуешь. Но я чувствовал, она страсть как хочет услышать что-нибудь о тебе…

– Что мне хотелось бы знать, – прервал я его, – так это есть ли у нее кто-нибудь?

– Кто-то есть, Ген, не могу отрицать. Но тебе нечего беспокоиться. Это просто так, оттого что тебя нет.

– Как его зовут?

– Карнахан или вроде этого. Забудь о нем! Уну беспокоит только вдова. Знаешь, это заставляет ее страдать.

– Не может она много знать об этом!

– Она знает больше, чем ты думаешь. От кого она все услышала, этого я сказать не могу. Во всяком случае, ее гордость уязвлена.

– Но я больше не хожу к вдове, ты это знаешь.

– Скажи это ей! – бросил Джордж.

– Если б я мог.

– Ген, почему бы тебе не выложить ей все как на духу? Она достаточно взрослая, чтобы понять.