Когда Анни представили интернов, она кивнула Муру и одарила улыбкой Лазаруса Левайна, потому что ей понравилось его имя.
Доктор Марсон оттянул ей веки, посветил в глаза фонариком, послушал сердце с помощью стетоскопа и измерил кровяное давление. Затем он надел резиновый напальчник на указательный палец правой руки и кивнул сестре. Та помогла Анни повернуться на бок. Резиновый палец был введен внутрь, и через считаные секунды все было закончено.
– Это самое большое оскорбление достоинства из всех, – заявила Анни.
Доктор засмеялся, накрыл большой рукой ее маленькую ручку и сказал:
– Все прекрасно, Анни. Ребенок в правильном положении… Роды должны пройти нормально.
– О, я так рада, доктор Марсон.
– Сестра Спайрус о вас позаботится.
Она пришла внезапно, эта резкая боль. Анни сжала зубы и принялась ждать. Боль исчезла так же внезапно, как появилась.
После нее осталось ощущение приятной сонливости. Анни начала засыпать, и ей сразу же приснился сон. Она шла по парку… Или это был кампус? Карл был с ней. Дул ветер… Задрожав, она открыла глаза. Ее простыня слетела на пол, и голым ногам было холодно.
Ей вдруг захотелось, чтобы рядом был Карл. Захотелось сказать, что она отослала его, потому что очень любит, и что его страдания удвоили бы ее собственные. Хотелось сказать, как она боится… Она ужасная трусиха…
«Ладно, – подумала Анни, – когда-нибудь я все это запишу и позволю Карлу прочитать. Тогда он все узнает».
Она услышала мужской голос, доносившийся из-за двери: «…увидеть мою жену». И голос сестры: «Не сейчас. Она отдыхает».
Похоже, это голос Карла. Анни произнесла его имя и подождала. Она услышала шаги, удалявшиеся по коридору.
Вошел интерн Левайн в сопровождении мисс Спайрус.
– Как у вас дела, миссис Браун? – осведомился он.
– О, прекрасно, доктор Левайн.
Он подошел к изножью кровати, чтобы проверить медицинскую карту. Сестра откинула простыню и велела Анни повернуться на бок. Анни воскликнула:
– О нет! Хватит!
– В этом нет необходимости, сестра, – сказал интерн.
– Тогда зачем вы здесь? – резким тоном возразила сестра.
– Мне бы хотелось побеседовать с пациенткой.
– Приступайте. – Сестра подошла к окну, прислонилась к подоконнику и скрестила руки на груди.
– Я дам вам знать, когда закончу. – Затем добавил: – Благодарю вас. – Он недвусмысленно дал сестре понять, что она не нужна.
Интерн придвинул стул поближе к кровати, уселся и начал разговор, состоявший из вопросов и ответов. Это было похоже на беседу двух людей, впервые встретившихся на вечеринке с коктейлями.
– Я слышал, вы из Бруклина, миссис Браун.
– Флэтбуш, Бруклин.
– Никогда там не бывал.
– Многие никогда там не бывали . Но многие там обитают .
– Похоже, это интересное место.
– О да. Знаете, именно там находится Эббетс-Филд.
– Да, я слышал.
После того как знакомство состоялось, он предложил, как вежливый гость на вечеринке:
– Могу я вам что-нибудь принести, миссис Браун?
– Например? – Таким образом было покончено с атмосферой вечеринки с коктейлями.
– Например, стакан холодной воды?
– А может быть, сэндвич? Я ужасно проголодалась.
– Боюсь, что нет. Лучше отправиться в родильный зал на пустой желудок.
– Лучше отправиться туда на носилках.
Это замечание было проверкой. Если он засмеется или хотя бы улыбнется, они станут друзьями. Он улыбнулся.
– Согласен с вами, миссис Браун. Нет ничего лучше носилок.
– Зовите меня Анни.
– Только при условии, что вы будете называть меня Лазарус.
– Непременно. Но только если мы наедине. Когда здесь нет сестры.
– Договорились.
– Наверно, я отрываю вас от ужина.
– О, я уже поел.
– А вот я – нет .
– И вы голодны. Ну что же, может быть, это поможет. – Он достал из кармана жевательную резинку и снял с нее обертку.
– О, спасибо! – Анни сделала паузу и неуверенно добавила: – Лазарус. – Она начала жевать. – М-м! Мятная! Моя любимая. – Продолжая с удовольствием жевать, она сказала: – Вы знаете, что в Чикаго есть большое здание, названное в честь этой жевательной резинки?
– Знаю. Я оттуда родом. И у меня там будет практика, когда я закончу ординатуру. В районе многоквартирных домов, где я вырос.
– Вы не заработаете там много денег.
– Да. Но у меня будет обширная практика. Знаете, у бедняков много детей.
– О, я хорошо это знаю! В моей округе…
Лоб Анни вдруг покрылся испариной. Она издала какой-то звериный звук сквозь сжатые зубы. Интерн взял ее за руку:
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу