Эдуард Веркин - Мертвец

— А в-четвёртых, твоя логика — самая дерьмовая логика на свете.

Катька сбежала со ступеней и независимо поцокала в сторону своего Кирпичного. Я почувствовал облегчение, мать вот-вот должна была выйти с работы.

Упырь смотрел на меня, я вздохнул и отправился за Катькой. Мы отошли от кинотеатра метров на сто, Вырвиглаз догнал, забежал вперёд и встал на дороге.

— Почему это?! — Он сунул в зубы сигарету. — Почему это моя логика дерьмовая?

Упырь глядел то на неё, то на него. Я решал, как себя вести, если они пустятся в настоящую ссору. Придётся бить морду. Вырвиглаз, конечно, не сильно обидится, просто драться с ним — удовольствие небольшое. Впадает в настоящее психопатство, начинает плеваться, кидаться чем попало, краснеть лицом, — короче, зрелище безобразное. И всегда норовит поставить финальную точку, без этого просто успокоиться никак не может. Мастер подлого последнего удара.

— Ну скажи, почему моя логика дерьмовая? — Вырвиглаз чуть ли не подпрыгнул.

— Скажу. — Катька упёрла в бока кулаки. — Если следовать твоей паршивой логике, то должно быть так. Мир — помойка. Значит, и в фильмах должна быть помойка. Значит, и в книжках должна быть помойка. Везде должна быть помойка — это ведь правда! А чего ж ты тогда ешь, а? Хлебушек ешь, яичницу ешь, картошечку кушаешь. Да и от курочки не откажешься, наверное, да? Как же так, а? Мир — дерьмо, а ты курочку? Мир — дерьмо, так и жри дерьмо!

«Жри дерьмо» Катька уже проорала.

— Жри! — Катька даже ногой топнула.

— Да пошла ты! — тоже заорал Вырвиглаз. — У нас что сегодня, вечер шибко умных?! Леденец, может, и ты что-нибудь такое скажешь? Умное?

Мне кино в общем-то понравилось. И я был согласен с Катькой. И даже с Упырём я тоже был согласен, меня тоже забодали все эти фильмы, где в конце все подыхают. Посмотришь такой, и тоже в ящик хочется. И правда — плохой конец гораздо скучнее, он сейчас действительно в моде, некоторое кино уже с двадцатой минуты смотреть неинтересно — уже сразу по роже главного героя видно, что в конце его сбросят со скалы. Не, что главный герой всех победит, тоже видно, но те фильмы, где каждому достаётся по гробу, никогда не хочется пересматривать.

Кино мне понравилось, но соглашаться с Катькой я совершенно не собирался. Поэтому и сказал:

— Кино так себе. Много штамповки, все оборачиваются именно тогда, когда должны оборачиваться, злодеем оказывается тот, на кого трудно было подумать, негра не убивают, щенок спасается чудесным образом…

— Ну да! — перебила Катька. — Тебе надо, чтобы негр этого щеночка сожрал сырым! Тогда будет правда жизни! Сначала щеночка сожрал, затем дерьмо!

По дороге шла пара, люди лет тридцати, они остановились и поглядели на нас с испугом.

— А ну вас, — махнул рукой Вырвиглаз. — Чтобы я ещё с вами куда-то… Вы просто придурки. И жабы. Идите вы… Да идите вы!

— Сам иди к своим негритянкам! — Катька послала ему воздушный поцелуй.

Вырвиглаз снова плюнул, свернул налево, пролез через забор, спрыгнул в парк и растворился. Мы остались втроём. Стояли, молчали. Парочка ещё немного поглядела на нас и отправилась по своим делам.

— А я и не заметил даже… — негромко сказал Упырь. — А сейчас вот думаю — и на самом деле ведь так всё. И негра не убили, и щеночек спасся…

Мимо кривобокой утиной походкой проковыляла Аня-дура. Аня прижимала к боку древнюю коричневую сумку, из которой высовывалась рукоятка молотка. Для самообороны.

— Говорят, она уже одного убила, — негромко сказала Катька.

— Не добила. Она одного не добила. Его звали Илья.

— Может, ко мне пойдём? — предложил Упырь. — У меня много фильмов, даже новые есть. Пойдёмте, посмотрим?

Я представил упырский дом, представил упырский домашний кинотеатр с дорогими красными индикаторами, представил мебель из пупырчатой кожи и голубого стекла, представил упырскую маму в дорогом вечернем платье и подумал, что не хочу идти в упырские гости.

— У тебя попса какая-нибудь, наверное, — снисходительно фыркнул я. — Серьёзного бы чего, классики…

— У меня «Американская история Икс» есть…

— Хватит на сегодня искусства, — сказала Катька. — Проводите лучше меня, хочу спать.

— Отличная перспектива — провожать Катьку вместе с Упырём.

Но делать было нечего, пошли провожать. На полпути нас догнал отец Катьки на лошади. У них лошадь есть. Такая, широкого профиля — и огород вспахать, и за грибами сгонять, и просто для души. Катька тоже иногда катается, она неплохо ездит, я видел.