Кэти Кэссиди - Черри влюбилась

Переделка гаража продвигается. Папа провёл туда воду и арендовал бетономешалку для заливки пола. Он сам, без посторонней помощи, закладывает и разравнивает бетонную смесь, пока пол не становится идеально гладким и ровным. После того как пол высох, папа застилает его глянцевитым красным линолеумом. Через несколько дней привозят большую мойку из нержавеющей стали; её папа тоже устанавливает сам, как и огромный производственный стол, купленный по дешёвке в «Икее». Я даже не подозревала, что папа – мастер на все руки, да и он доволен результатом. Стены и потолок папа покрывает двумя слоями белой краски, и старый гараж неожиданно превращается в просторное, светлое и наполненное воздухом помещение.

В волосах у папы видны капли краски; он надевает свой единственный костюм и собирается в банк за кредитом на развитие шоколадного бизнеса. Шарлотта, конечно, едет с ним. Выглядит она стильно и экстравагантно: зелёное ситцевое платье, жакет из бархата, ногти накрашены желтовато-зелёным перламутровым лаком. Вместе они смотрятся энергичной и умной парой, и хоть вид у них слегка богемный, бизнес-план в элегантной чёрной папке, которую папа держит под мышкой, проработан до последней мелочи. Папа с Шарлоттой трудились над ним всю последнюю неделю: рассчитали прибыль, описали способы предотвращения убытков, приложили эскизы упаковки и великолепного новенького логотипа «Шоколадного сюрприза». На случай, если банку этого окажется недостаточно, припасена расписанная вручную и перевязанная шёлковой лентой коробочка со свежеприготовленными трюфелями. Уж она-то убедит кого угодно!

– У нас отличный бизнес-план и стопроцентно успешный продукт, – говорит папа. – Всё, что нужно, – небольшое денежное вливание, чтобы дать старт нашему проекту.

Шарлотта поправляет на папе галстук, разглаживает морщинки на его рубашке. Я обнимаю обоих, и они садятся в красный минивэн.

– Пожелайте нам удачи, – бодро произносит папа.

Скай и Саммер, на чьё попечение с утра оставлена гостиница, выходят на крыльцо. Со стороны загона появляется Коко, вслед за ней ковыляют четыре гладкие чёрные утки. Мы все машем на прощание.

Нет только Ханни, но это и понятно. Она не желает Шарлотте и папе успеха, а, видимо, призывает на их головы всевозможные проклятья.

Хрустя колёсами по гравию, минивэн отъезжает.

– Ни пуха! – кричу я вслед и отчаянно машу рукой, пока автомобиль не исчезает за поворотом.

– Буду держать пальцы крестиком, – говорит Скай, – и на руках, и на ногах, и даже глаза к носу сведу.

От этой поездки зависит очень многое. Чтобы запустить шоколадный бизнес, без кредита не обойтись, однако подготовка к «Фестивалю еды» уже идёт полным ходом. Шарлотта созвонилась с составителями фестивального маршрута и рассказала им о «Шоколадном сюрпризе». Организаторам идея понравилась, они пообещали нанести Танглвуд-хаус на карту праздника, которая вот-вот должен уйти в печать. Теперь отступать нельзя.

Хочешь не хочешь, а в последние выходные августа Танглвуд наводнят десятки туристов.

– Я нарисую плакат для фестиваля, – объявляет Скай, которая возвращается на кухню, чтобы разгрузить посудомоечную машину. – Ещё можно развесить по саду флажки, а под деревьями расставить столы с угощением. Мама сказала, мы устроим что-то вроде кафе на открытом воздухе, будем продавать горячий шоколад с зефиром, шоколадный коктейль и шоколадное мороженое с сиропом и фруктами.

– Испечём наш фирменный шоколадный торт с вишнями и орехом кола, – подхватывает Саммер, убирая посуду в шкаф. – Выйдет замечательно. А Ко ко приготовит холодный шоколадный пирог, который не надо выпекать.

– Как насчёт шоколадного фонтанчика на одном из столов? – предлагаю я. – Я видела такой в Глазго, в большом гастрономе. Гости будут макать в него клубнику, зефир и всё такое. Прикольная вещь!

– Точно! – сияет Саммер. – У моей подруги Эви была эта штука на дне рождения. Я поговорю с ней. Уверена, она не откажется её одолжить.

Закончив наводить порядок на кухне, мы отправляемся наверх, чтобы подготовить две комнаты для новых постояльцев, которые приедут вечером. Я и Скай заправляем стёганое одеяло в выглаженный до хруста пододеяльник, а Саммер делает пируэты по спальне, вооружившись метёлкой для пыли.

– Не обращай на неё внимание, – говорит мне Скай. – Она помешана на танцах. В четыре года мы вместе начали брать уроки, но я бросила, потому что толку всё равно не было. А ты никогда не занималась балетом?