Андрей Шманкевич - Красные меченосцы

Расстроенный пришёл Вовка домой и, когда почувствовал, что его могут вот-вот уложить в постель, стал требовать, чтобы открыли посылку, и тут выяснилось, что посылка пропала! Да, пропала! В шкафу её не было!

— Ой, мама! Я знаю, кто ваял посылку! Это нарушитель её взял! — заволновался Вовка. — Надо сказать сержанту Куликову, и он сразу пустит Хмурого по следу. Хмурый обязательно догонит нарушителя.

— Молодец, Вовка! — похвалила мама. — Правильно придумал… Сейчас мы пойдём в казарму и всё расскажем сержанту… Только давай немножко приоденемся…

А потом всё было как в сказке!

Увидев в коридоре казармы отца в парадной форме, Вовка ещё с порога закричал:

— Папа! Посылка пропала! Нарушитель её взял!

— Нашлась уже твоя посылка… — спокойно ответил папа, взял Вовку за руку и повёл в красный уголок. — Вот, смотри, что было в твоей посылке!

Пришлось Вовке похлопать глазами от неожиданности: на середине большой комнаты стояла сказочно разукрашенная ёлка! Сам сержант Куликов распахнул мехи баяна и заиграл марш, а под этот марш из-за ёлки вышла Снегурочка и звонко сказала:

— С Новым годом! С новым счастьем!

— Светка! — закричал Вовка и бросился к ней.

И начался у пограничников новогодний праздник.

Были и песни и танцы. Вовка и Светка пропели вместе «В лесу родилась ёлочка», прочитали стихи, а потом все направились в столовую на праздничный ужин с пирогами и даже большим тортом…

Однако, как ни был переполнен рядовой Вовка Клюев новогодним счастьем, про нарушителя он всё же не забыл…

— Поймали? — тихонько спросил он у сержанта.

— А ну его… — махнул рукой сержант. — Решили не задерживать… Пускай себе идёт за границу…

У Вовки широко раскрылись глаза от удивления: это было просто невероятно, чтобы на заставе так просто решили пропустить нарушителя через границу.

— А ты знаешь, кто он, нарушитель-то? — рассмеялся сержант. — Нарушитель этот — старый год! Ясно? Пускай он шагает себе на Запад!.. Нам он уже сослужил свою службу.

В этот первый по-настоящему весенний день Вовке вдруг, стало и скучно и грустно. Над заставой синело небо, плыли по нему такие пушистые облака, что на них хотелось поваляться; лес точно зелёным туманом подёрнулся — это распустились первые листочки на берёзах и осинах; пробились из земли на волю первые стрелки разных трав. Озеро почти совсем очистилось от льда и отражало в своём зеркале всё, что было весеннего и над ним и вокруг него. А рядовому Вовке было не по себе: никак не мог он найти дело по душе.

Пока весь мир вокруг заставы был погребён под снегом, Вовка нудился в комнате или гостил у солдат в казарме, а пришла весна, растормошила всё живое вокруг, и захотелось Вовке на простор, захотелось сделать что-то такое, что только по весне можно сделать. Выскочил он во двор, туда метнулся, сюда и остановился: не было ещё пока настоящего для него дела. В лесу ещё не было ни ягод, ни грибов; поехать бы на плоту рыбу удить — нет сержанта Куликова, на границе он целыми днями с солдатами, порядок наводит после зимних бурь и метелей. Контрольную полосу земли пашет и скородит, как в колхозе перед севом. Пройдёт по такой полосе нарушитель — и сразу след можно увидеть.

Зимние непогоды много бед наделали на заставе, даже без лодки оставили пограничников. Повалило бурей здоровенную сосну, и расколотила она в щепки единственную на заставе лодку, что лежала на берегу кверху днищем. Стало очищаться озеро, сержант Куликов сколотил плот из брёвен, чтобы ловить с него рыбу. Один раз он даже Вовку брал с собой, но ездили они в тихий заливчик, где ловилась плотва и окуни, а на середину озера, где ловится кумжа, сержант Вовку не брал: там было сильное течение, оно могло сорвать плот с якоря — якорем служил большой камень на верёвке — и утащить в протоку. А она кончалась ревущим падуном — водопадом. Попади плот в протоку — самому будет выбраться трудно, а с Вовкой и подавно.

Это так думали отец с матерью и сержант, а Вовка знал, что ничего опасного в такой рыбалке нет, что он и сам бы отлично справился с плотом. Для этого надо отвязать плот, оттолкнуться шестом от берега, подплыть к самой струе и сбросить в воду якорь. Вот и вся премудрость. Наживляй крючок и таскай пёструю кумжу одну за другой. А они боятся!..