Полли Хо-Йен - Мальчик в башне [litres]

Я отношу маме завтрак и иду в поисках еды на еще не исследованный этаж. В первой квартире плохо пахнет, и я нахожу только пару банок корма для собак. Рюкзак у меня почти пустой, так что я иду в следующую квартиру.

С первой же секунды я понимаю, что хозяин любил печь торты. Я нахожу мешочки муки, маленькие красные баночки какао-порошка, пачки яиц, пакетики цветной посыпки и съедобных серебряных шариков.

Я останавливаюсь у фотографий на стене. На каждой изображены красивая женщина и двое маленьких мальчиков. Они младше меня, кареглазые, с темными кудрявыми волосами. На каждой фотографии они улыбаются. Интересно, где они сейчас? Улыбаются ли они так же, как на этих фотографиях?

У нас в квартире есть несколько наших с мамой фото. Есть одна, где я еще совсем малыш, а мама улыбается широко-широко. Есть другая, с моего дня рождения: я сижу у мамы на коленях, передо мной стоит белый торт. Мне грустно, когда я на них смотрю, потому что все изменилось. У нас нет новых фотографий. Люди не фотографируются, когда им грустно.

Я складываю муку в одну кучу, а все сладкое – в другую. В конце концов у меня собирается семь кучек разной еды. Придется ходить несколько раз, чтобы унести все вниз.

Но прямо перед тем, как я начинаю складывать еду в рюкзак, я замечаю что-то в окне. Кажется, снаружи что-то двигалось. За деревьями.

Что-то или кто-то пробежал и скрылся из виду. Я смотрю и смотрю в точку, где я что-то заметил. Снова вижу какое-то движение, около куста. Будто кто-то за ним прячется.

Я снова вглядываюсь, но ничего не вижу. Я мог бы уговорить себя, что там никого нет. Но я продолжаю смотреть, снова и снова пробегая глазами по кустам, пытаясь разглядеть, что там двигалось.

Я уверен, что там кто-то есть, что он смотрит на башню прямо сейчас. Может этот кто-то в маске, как Оби, но у него кончается воздух.

Я думаю: «Может, им нужно прийти в башню, как Бену и его жене».

Я думаю: «Может, их тоже нужно спасти».

Я знаю, что я не герой. Не супермен в ярко-красном плаще, который всем поможет. Я боюсь, и переживаю, и не хочу умирать. А если выйду из башни, умереть я могу легко.

Но внутри меня есть что-то бо́льшее, отчего я разворачиваюсь и бегу к двери. То чувство, когда я сидел рядом с Беном, а он благодарил меня за подаренный ему и Иви шанс. Я раньше такого не ощущал. Это какая-то уверенность, что я делаю что-то правильное. И сейчас правильно попытаться и спасти того человека снаружи.

Я знаю, что нельзя терять время. Мне нужно бежать к нему, сейчас же. Бен говорил, что Иви умерла за секунды на открытом воздухе. Что, если у человека в кустах мало воздуха? Или он ранен и не может пройти последний отрезок до нашего дома? Что, если это его последний шанс?

Нет времени искать Оби, или Дори, или Бена. Я бегу вниз в подвал как можно быстрее. Ноги перепрыгивают через ступеньки так быстро, что я боюсь споткнуться и что-нибудь сломать. Но я не падаю.

Я добегаю до самого подвала. Поднимаю потрепанный рюкзак с серебряным баллоном, который мы нашли раньше. К нему все еще прицеплена маска. Я кручу штучку сверху, как делал Оби, и слышу тихое шипение, доносящееся из маски. Прикладываю ее к лицу ее и делаю вдох. Работает. С трудом надеваю рюкзак. Он слишком большой для меня, но я справлюсь.

Потом я приклеиваю маску, как приклеивал Оби. На себе это делать тяжелее. Я постоянно запутываю скотч, он прилипает сам к себе, и мне приходится начинать заново.

Наконец я надеваю старые очки для плавания и обматываю лицо шарфами.

Я готов.

Чтобы выбраться наружу, мне придется приоткрыть угол пластика, который Оби растянул поперек коридора, и оторвать скотч от дверей.

Я чувствую себя ужасно виноватым – Оби сделал все это, чтобы нас защитить, – поэтому, уходя, пытаюсь как могу вернуть все на место. Самое страшное, что может случиться, – это споры в башне. Неважно будет, спасу ли я кого-нибудь, если при этом в башне все умрут.

Я понял, насколько мне страшно, только тогда, когда мои руки перестали меня слушаться. Они казались слишком большими и онемевшими, будто их отрезали. Я сглатываю слюну и концентрируюсь на скотче. Приходится тянуть изо всех сил. Он отрывается с громким рвущимся звуком, который пронзает меня насквозь и оставляет неприятное тяжелое чувство внутри.

Я не знаю, правильно ли поступаю. Я не Оби, и не знаю, что я делаю. Я просто парень с семнадцатого.

Но в чем-то, наверно, я все-таки похож на Оби. Когда я рассказал ему про свет из соседней башни, он ответил, что мы должны попытаться спасти этих людей, а я как раз это и делаю. Я пытаюсь спасти человека, которого видел из окна. Я не могу его бросить.