Трофим Борисов - Морской старик

Маня громко фыркнула, косясь на мальчика. Она вспомнила, как он лежал на брюхе и держал за ласты нерпёнка.

– А мясо, Митя, у нерп вкусное? – смеялся отец.

– Понятно, вкусное. Я его много ел.

– Молчи, мой мальчик, – брезгливо сказала Елена Петровна, – а то я тебя целовать не буду.

– Нет, будешь, нет, будешь! – закричал Митя. – Маню целовала и меня будешь. А она ведь больше меня съела и кровь еще горячую пила.

– Ее буду, всегда буду, а тебя, разбойник, не буду… Кровь, говоришь, горячую пила? Это хорошо! Свежую кровь врачи прописывают.

– Так, так! А зачем вы на остров поехали? – спросил Василий Игнатьевич.

– Мы сначала не на остров, а только к мысу поехали посмотреть, как живет Морской старик, – ответил Митя.

– Какой Морской старик?

– А тот, что икру пускает и рыбок делает. У тебя вот это на заводе долго, а у него скоро.

– Так, так. Это старая нивхская сказка.

– Наши эвенки тоже понимают это все, тоже знают Морского старика, – вставил отец Мани.

– У него, папа, ураса там в воде есть и старуха есть.

Василий Игнатьевич хотел рассмеяться, но удержался.

– Так, так, так, – твердил он, а сам думал: «Из-за этой идиотской сказки я чуть не лишился сына». – Так, так… Это очень интересно. Надо будет посмотреть.

– Его с горы надо смотреть, а с лодки плохо видно, – в один голос сказали Митя и Маня.

– Хорошо, хорошо! Я вам его, если только найдем, и с лодки покажу; у меня для этого есть такое зеркало, посмотришь в него – и все дно морское видно.

– Это правда, папа?

– Понятно, правда. Вот если бы ты сказал мне, что хочешь Морского старика посмотреть, я бы тебе его давно показал.

– Завтра утром покажешь?

– Обязательно, если тихо будет, покажу. И не только тебе, всем вам покажу… Давайте лучше о Мане поговорим. Отпускай, Егор, ее учиться. Вот что! Хорошее дело сделаешь… для себя и для вашего народа. Выучится и вернется твоя Маня. Привезет всяких вещей: граммофон, радиоприемник, ружье новое. Здорово получится! Я думаю, она у тебя инженером будет. Золото в родных горах найдет, на аэроплане будет летать. На аэроплане везде поспеет.

– На аплане хорошо. На нем скоро. На аплане? Так, ать, можно.

– Я не сомневался в том, что ты согласишься. Но все-таки, кем будет дочь: доктором, инженером, учителем?

Егор закурил и подозвал жену. Она медленно взяла у него трубку и раза два пустила через нос дым.

– Пусть, ать, умным человеком будет, читать хорошо сначала пускай научится. Маня найдет себе дело… кусок хлеба найдет. Баба моя тоже так сказала: читать научится, вырастет и сама придумает, какую работу ей надо.

На другой день море было спокойно и светило солнце. Все отправились на мыс. Сначала поднялись на скалы.

Морской старик был точно таким, каким его видел Митя в первый раз. Из его урасы так же шел дым.

– Вот, папа, посмотри хорошенько, и ты увидишь, как Морской дедушка пускает икру, а между пальцами у него выскакивают рыбки.

Василий Игнатьевич качал головой и думал: «В самом деле, сходство большое, недаром же родятся разные суеверия и легенды».

– Да, да, так, так… Теперь пойдемте вниз и с лодки поближе посмотрим. Митя, Маня и ее отец поедут со мной, а Катя с Еленой Петровной останутся здесь и будут смотреть, убежит старик при появлении лодки или нет. Вы смотрите махните нам рукой, когда увидите, что старик остался на месте, – обратился он к оставшимся женщинам.

Когда лодка подъехала к камням, женщины подали условный знак: Морской старик на месте.

– Ну, теперь давайте смотреть в мое водяное зеркало, каков из себя добрый Морской хозяин и что он делает, – сказал громко Василий Игнатьевич.

– Надо тише, – заметил эвенк.

– А зачем тише? – еще громче проговорил отец Мити. – Чего ему бояться? Мы ведь люди хорошие.

Егор улыбнулся. В зеркало – огромную медную трубу со стеклом на нижнем конце, опущенную на полметра в море, – Митя и Маня отчетливо увидели дно.

Какие красивые раковины там лежали! А на камнях росли роскошные цветы с прозрачными, точно живыми лепестками. Кругом сновали рыбки. От камней и водорослей все время катились светлые пузырьки. Только Морского старика нигде не было видно, – перед глазами качались листья морской капусты и ветки других морских растений. Ураса оказалась острым камнем, а дым – пузырьками воздуха, образующимися от движения воды.

– А Морского старика нет сейчас, – разочарованно сказал Митя.

Василий Игнатьевич засмеялся и крикнул наверх:

– Катя, скажите, здесь Морской старик? Тут его борода и руки?