Андрей Максимов - Солнце на дороге

Куда же смотрит Тот, кто разговаривал с полковником? Разговаривал же с ним Кто-то? Разговаривал! Ну и куда Он подевался?

Почему Бога всегда надо звать? Почему Он сам не может вмешаться? Он же видит, что происходит. Ну неужели же нельзя прийти на помощь?

Азамат стегнул Антошина прутом еще пару раз и вернулся к костру.

К полковнику подошел Тутай. Радостно улыбаясь, он поправил свой ремень с красивой пряжкой. Потом слегка ударил полковника по животу, по шее, по ногам, будто оценивая. Мускулы потрогал, шею. Произнес удовлетворенно:

— Крепкий мужик! У него, должно быть, большое сердце, здоровое, вкусное. — И расхохотался.

Азамат согласился:

— И печень, наверное, не маленькая.

Антошина обсуждали, словно блюдо на ужин. С полковником разные случались приключения. В передрягах приходилось бывать всяких. Но вот блюдом на ужин он не был еще никогда. И надо сказать, это был совсем не тот опыт, который хотелось приобретать.

Тутай вернулся к костру, сел рядом с Азаматом. Плечом к плечу.

За их спинами вдруг возник Малко, приложил палец к губам: молчи, мол.

Мальчишка шел осторожно, явно прячась. Так к друзьям не приходят, значит, не хочет, чтобы обры его увидели.

Это хорошо.

Малко встретился глазами с полковником и улыбнулся. Вполне по-доброму.

Из кармана штанов Малко достал небольшую деревянную бутылочку и показал Антошину.

Наверное, это была какая-то очень важная вещь, но полковник мог об этом только догадываться.

Продолжая улыбаться, Малко попытался жестами объясниться с Антошиным.

Он показывал, как наливает из бутылочки жидкость, выпивает ее и превращается в человека, который смотрит странным, потусторонним взглядом.

Малко хочет подлить обрам яд? Но почему он изображает не умершего, а сошедшего с ума человека?

Это не яд, а какое-то зелье?

Улучив момент, когда ни Азамат, ни Тутай на него не смотрели, полковник спросил беззвучно, одними губами:

— Яд?

Малко тут же начал отрицательно трясти головой: нет, мол, не яд.

А что же тогда?

Да какая разница, в сущности? В этой бутылочке спасение полковника!

Но самое главное — Малко его не предал! Он пришел спасти Антошина. И он правильно все рассчитал: силой этих полузверей-полулюдей не победить. Нужна хитрость.

Антошину стало стыдно за то, что он посмел сомневаться в преданности этого мальчишки. Да, он до конца не поверил, что Малко — предатель, но ведь сомневался…

Тутай аж взвизгивал от нетерпения и все время повторял:

— Когда же, когда же мы начнем? Когда же мы начнем?

Азамат ответил лениво:

— На закате.

— Так уже закат! — крикнул Тутай и показал на небо. — Смотри: закат. Можно начинать.

Антошин увидел гнилые зубы обра и представил, как через несколько минут эти гнилые зубы будут жевать его сердце. Его чуть не вывернуло от собственной фантазии.

Азамат поднял глаза к небу:

— Видишь, солнце медленно опускается к лесу? Вот когда оно уйдет за верхушки деревьев, тогда и начнем трапезу. Ты же знаешь: звери должны трапезничать на закате. Таков закон.

Два человека спокойно и даже лениво обсуждали, когда лучше съесть его, полковника в отставке Николая Васильевича Антошина. И это происходило не в кино, не во сне, а на самом деле.

Показав свою пантомиму еще пару раз, Малко убедился, что Инородец не может точно ее расшифровать. И тогда начал рассказывать другую бессловесную историю.

Обеими руками он показывал на дремлющих обров, а потом как бы отгонял их.

«Зачем он мне все это показывает? — пытался понять Антошин. — Наверное, хочет, чтобы я отогнал этих обров от котелка. Но вот как это сделать, если мне не пошевелить ни рукой, ни ногой?»

Тутай и Азамат подремывали около костра. Если бы они не собирались съесть у Антошина сердце и печень, можно было бы сказать, что они сопят вполне даже мирно.

Антошин поднял глаза. Солнце уже зацепило верхушки деревьев, еще немного — и оно исчезнет за ними.

Если у человека связаны руки и ноги, то ему остается одно, чтобы обратить внимание на себя.

Не понимая точно зачем, Антошин истошно заорал.

От этого крика Малко отбросило прочь с поляны, а Тутай и Азамат вмиг проснулись и вскочили.

Начало получилось неплохим. Антошин заорал еще раз.

Тутай нервно схватился за меч и с ужасом посмотрел на полковника.

У Азамата нервы оказались куда более крепкими.

— Струхнул Леший-то наш! — усмехнулся он, снова усаживаясь на землю.

Антошин орал. Даже выть попытался. Но на этот раз вылось плохо: наверное, настроение было не то.