Сфинкс - Паутина

После сытного обеда, в течение которого Джеймс размышлял о том, сказать ли Малфою о своем странном сне или нет, они вдвоем поплелись в Класс для совместных занятий, чтобы Скорпиус смог подтянуть порядком отставшего от сокурсников друга.

Класс для совместных занятий был открыт лет десять назад, чтобы ученики с разных факультетов могли здесь вместе выполнять домашнюю работу и просто общаться. Обычно же он использовался для свиданий старшекурсников, а для младших ребят служил местом для шумных и тайных магических дуэлей между представителями разных факультетов. Именно здесь состоялась историческая в чем-то дуэль между Малфоем и Поттером. Но все равно друзья были редкими здесь гостями.

Они два часа бились над параллельными заклинаниями, что сейчас проходили на Чарах. Джеймс был готов взвыть, а Скорпиус лишь ехидничал и терпеливо наблюдал за жалкими потугами друга.

— Нет, Флитвик издевается! — Джеймс проследил, как его веревка падает на пол, разрезанная на две части. — Ну, и как можно держать ее на лету и тут же разрезать, да еще невербальными заклинаниями?!

Действительно, у гриффиндорца получалось лишь одно из двух: либо веревка висела в воздухе, либо она падала на пол в двух частях. Вместе у него не получалось. Зато Малфой, словами никак не реагируя на вспышку друга, легко взмахнул палочкой, сосредоточенно уставился на кусок веревки — она зависла над столом и беззвучно распалась на две части, которые так и остались висеть в воздухе.

— Так, все, я чувствую себя полным…

— И не только чувствуешь, — усмехнулся Малфой, слезая с парты, на которой сидел, и убирая палочку. — Пойдем, прогуляемся перед ужином, надоело созерцать эти стены и твою депрессивную физиономию. Ладно бы ты только что узнал, что ты совершеннейшая бестолочь, но ведь…

— Малфой, я не могу делать заклинания параллельно, но последовательно владею этим в совершенстве, так что лучше смени пластинку, — Джеймс взмахом палочки отправил в мусорную корзину клочки многострадальной веревки и тоже поднялся. — Идем, действительно пора размяться.

Они вышли во двор, вдыхая морозный воздух. Под ногами хрустели осыпавшиеся листья. Запретный лес вдали казался темной стеной. На улице почти никого не было — у многих студентов еще не закончились занятия. Вдали, возле небольших загонов, построились пятикурсники. Видимо, смотрят на единорогов.

— Слушай, Малфой, как думаешь, вещие сны бывают? — наконец, решился Джеймс, пока они шагали по дорожке в сторону озера.

— Ну, думаю, если Марс, напившись, перепрыгнет в третий дом Венеры, и если Венера случайно окажется дома и будет в настроении… — начал Малфой, подняв лицо к темнеющему постепенно небу.

— Малфой, я серьезно, — насупился гриффиндорец.

— А если, Поттер, ты серьезно, то тебе надо обратиться в больницу Святого Мунго, так как в здравом уме такие вопросы задавать может только Трелони, — фыркнул слизеринец, устраиваясь на своем любимом пне недалеко от озера.

Джеймс остался стоять, засунув руки в карманы мантии:

— Малфой, я, правда, серьезно спросил.

— Ну, раз серьезно, то… не знаю, — пожал плечами Скорпиус, глядя в упор на Джеймса. — А что, ты метишь на место Стрекозы?

Гриффиндорец потупился на свои ботинки:

— Просто я заснул сегодня на Истории Магии…

— Да, это было удивительное явление. Очевидно, без Марса и его тривиальных намерений тут не обошлось… — ухмыльнулся Малфой, сев на любимого конька, но замолчал под угрожающим взглядом друга.

— Так вот, я заснул. И сначала видел обычный сон. Ну, какие мне часто снятся, обычные, — Джеймс не знал, как еще объяснить.

— Знаешь, я думал, что с тех пор, как ты стал… дружить с Ксенией, твои обычные сны прекратились… — с гадкой ухмылкой вставил Скорпиус, не удержавшись.

— Ты дашь мне договорить или нет?! — вскипел Джеймс. Малфой сделал большие глаза и закусил губу, словно показывая, что весь во внимании. — Так вот, сначала это был обычный сон, мой сон. А потом… словно я попал в чужой сон. В сон Лили.

— Опа! — оживился Малфой, подавшись вперед. — Всегда мечтал узнать, что снится девчонкам. И что же ей снилось? Грегори?

— Перестань, — отмахнулся Джеймс, уже начиная раздражаться. Он понимал, что говорит ерунду, и Малфой просто не воспринимает это всерьез. Тем более если заговорил про Грегори. Всей школе было известно, что с тех пор, как он с Лили сходил в Хогсмид, та слизеринца избегает. Догадок у непосвященных была масса, и почти ни одна не совпадала с реальностью. — Короче, я видел ее. И еще одного человека с ней.