Сфинкс - Паутина

— Мисс Поттер, все в порядке? Почему вы кричали? — мягко спросила преподавательница Нумерологии. — Может, вам нужно в больничное крыло?

— Нет-нет, — запротестовала Лили, встряхиваясь, чтобы отогнать свой сон. — Я просто… заснула, простите.

Вектор с подозрением посмотрела на студентку и, видимо, решив, что все действительно в порядке, отправилась назад к доске, где раскладывала какую-то формулу на числа.

— Профессор, — Лили подняла руку. — Можно мне выйти?

— Да, конечно. Вам точно не нужна помощь?

— Нет, — девушка поспешно взяла сумку и покинула класс под сочувствующие взгляды сокурсников. Она пересекла коридор и в изнеможении прислонилась к подоконнику, чувствуя, как до сих пор бешено бьется сердце. Она заснула на Нумерологии — одно это было пугающим. А сон… Там впервые появился какой-то странный пес с грустными глазами — синими, откуда-то знакомыми глазами, человеческими глазами! И Джеймс, который был с этим псом. И впервые ей удалось сорвать маску со своего загадочного защитника из снов. Уж лучше бы она этого не делала. Потому что это лицо…

— Поттер, ты чего тут?

Лили буквально отпрянула, уронив сумку и чуть не упав. Малфой тут же в один прыжок оказался рядом с ней и поддержал ее. Лили выдернула свой локоть из его рук и отошла на безопасное расстояние.

— Малфой, ты, что, преследуешь меня? — накинулась она на слизеринца. Скорпиус поднял бровь, слегка насмешливо глядя на девушку.

— Конечно. Я был уверен, что ты будешь возле уборной для мальчиков, — фыркнул он, указав головой на дверь недалеко от того места, где они стояли. — Дай, думаю, взгляну на Поттер, которая подглядывает в замочную скважину за парнями.

— Зачем ты преследуешь меня? Что тебе нужно? — вдруг почти шепотом спросила Лили, прижимая руки к горлу, словно ей было трудно дышать.

— Поттер, у тебя мания преследования? — осторожно осведомился Скорпиус, медленно приближаясь к ней. — Что ты несешь?

— Я больше не могу, оставь меня в покое, — попросила она, — я больше не хочу… зачем?!

Малфой вовремя схватил ее за плечи — Лили собиралась развернуться и кинуться прочь. Схватил, чтобы встряхнуть, чтобы потребовать объяснений той чуши, что она несла. Схватил ради конкретной цели.

Но второй раз рядом с этой девчонкой потерял эту цель в тот момент, когда заглянул в ее глаза. Утонуть в этой волне горечи мог бы любой, но только не Скорпиус Малфой. Он просто рывком прижал ее к себе, крепко обнимая одной рукой, а второй гладя ее по рыжей голове. Она не билась, не сопротивлялась, просто застыла, уткнувшись лицом в его плечо.

Сколько раз за эти дни он уже обнимал ее? Неужели теперь это его крест — быть рядом с этой потерянной в своем разбитом мире девчонкой? Ведь раньше… раньше она была веселой, вечно что-то делающей, смелой… А теперь — просто девчонка, которая, кажется, потеряла саму себя…

— Мистер Малфой…

Они оба вздрогнули от знакомого голоса. На последней ступени лестницы стоял профессор Лонгботтом. Он не сразу понял, кого же обнимает слизеринец, но Лили резко отстранилась от Малфоя, и Невилл уронил горшок с каким-то растением, что нес в руках.

— Простите, профессор, — пролепетала девушка и все-таки пустилась прочь по коридору, словно за ней гнались разъяренные кентавры. Скорпиус поджал губы, сделав самое невинное выражение лица перед растерянным профессором Травологии.

— Мистер Малфой, идите в класс.

Скорпиус кивнул, развернулся и пошел вверх по лестнице, лишь через пару минут вспомнив, зачем вообще выходил в коридор. Чертыхнулся и отправился назад.

На полу, возле окна, осталась лежать сумка гриффиндорки. Малфой прошел мимо с самым малфоевским выражением лица, — хватит с него! — но, видимо, что-то внутри Скорпиуса Малфоя уже не подчинялось его воле. Наверное, это влияние Поттера, раздраженно подумал слизеринец, стиснул зубы и подхватил вещи Лили Поттер.

Что ж, он потом сорвет раздражение на ее братце за то, что эта семейка перекраивает из нормального слизеринца очередного гриффиндорца с их долбанным благородным принципом «помоги ближнему».

А пока он стоял посреди коридора с чужой сумкой в руках и не знал, как с ней поступить. Скорпиус Малфой не знал, что делать!

Держитесь, Поттеры, это вам так просто не пройдет!

Казалось, жизнь входит в свою колею. По крайней мере, учебный день ничем не отличался от тех, что были до того, как погибла мама. На Истории Магии спал (вот если бы не этот странный сон!), на Чарах схлопотал «слабо» (что было достижением, если считать, что он почти две недели пропустил), на Зельях смог добиться нужного цвета снадобья (если бы не запах, как от сгоревших поганок, было бы совсем хорошо).