Луиза Олкотт - Роза и семь братьев

— Это неплохой способ изучения географии, как ты думаешь? — спросил дядя, от которого не ускользнуло то, с каким вниманием девочка слушала разговор

взрослых.

— О, это очень приятный способ! Мне кажется, что я сегодня узнала о Китае больше, чем за все то время, что провела в школе. А ведь я была прилежной ученицей. Ничего особо интересного нам о Китае не рассказывали, помню только, что оттуда привозят чай и шелк и что у китайских женщин очень маленькие ступни. Я заметила, как Фун смотрел на мои ноги. Они, наверное, показались ему огромными, — ответила Роза, с внезапным презрением взглянув на свои хорошенькие башмачки.

— Мы заведем карты и глобус, и я покажу тебе, в каких краях побывал, и расскажу о своих путешествиях. Думаю, это будет тебе полезно.

— Вы очень любите путешествовать, и вам, боюсь, будет очень скучно здесь, дядя. Знаете, тетушка Изобилие говорит, что вы, наверное, уедете отсюда через год или два.

— Очень может быть.

— О, а что же тогда станет со мной? — судорожно вздохнула Роза.

По тому, с каким отчаянием это было сказано, дядя Алек с радостью понял, что девочка к нему искренне привязалась. Он поспешил ее утешить:

— Если я и уеду, то возьму с собой и мой маленький якорь. Что ты об этом думаешь?

— Это правда, дядя?

— Правда, племянница.

Роза даже подпрыгнула от радости, сильно качнув лодку. Но даже не обратила внимания на такой пустяк. Лицо девочки светилось от восторга, в голове у нее роились тысячи вопросов, которые она хотела задать дяде Алеку. Но не успела она открыть рот, как доктор сказал:

— Посмотри-ка вон на ту лодку. Как она хорошо идет! Какие прекрасные гребцы! Вот и ты скоро будешь грести не хуже…

«Буревестник» шел очень быстро; на веслах сидели шесть молодых красавцев-матросов. Все они были в синих рубашках и шляпах, на которых блестели звезды и якоря.

— Как красиво идут, а ведь они еще совсем мальчики. Ах! Мне кажется, что это наши мальчики! Действительно, это они! Вон Чарли смеется, я его отлично вижу. Гребите, дядя, гребите! Гребите быстрей, не дайте им догнать нас, — Роза пришла в такое волнение, что едва не уронила в воду новый зонтик.

— Мы отлично идем!

«Бонни Белль» действительно неслась, как стрела, рассекая воду узким носом. Мальчики не отставали от них. И доктор Алек, несомненно, достиг бы берега раньше, не дергай Роза руль самым неморяцким образом. Да еще шляпка опять слетела с ее головы. Это маленькое происшествие положило конец безумной гонке. Пока дядя Алек и Роза выуживали из воды головной убор, другая лодка подошла к ним. Мальчики перестали грести и подняли весла.

— Вы ловите раков, дядя?

— Нет, я поймал голубую рыбку, — ответил доктор, вытаскивая из воды мокрую шляпу.

— Чем вы сегодня занимались?

— Мы познакомились с Фуном.

— Отлично, Роза! Это здорово! Нам тоже не терпится его увидеть. Мы хотим, чтобы он показал нам, как надо запускать воздушного змея. У нас ничего не получается. А этот Фун большой?

— Нет, маленький.

— Вы шутите, наверное. А что это у вас такое? Покажите, пожалуйста!

— Ваш веер такой большой, что вполне бы мог служить парусом.

— Одолжите Франту ваш зонтик. Он всегда боится, что его нос обгорит на солнце!

— Дядя Алек, вы, что, собираетесь устроить праздник фонарей?

— Нет, я устрою праздник хлеба и масла, так как уже пора ужинать. Судя по этой черной туче, в скором времени разыграется шторм. Арчи, надо как можно скорее возвращаться домой, а то ваша мама будет беспокоиться!

— Слушаюсь, сэр! До свидания, дядя! До свидания, Роза! — отсалютовал Чарли. — Нам надо почаще встречаться, и мы научим вас грести.

Лодки разошлись, и над волнами понеслась веселая песенка, которую мальчики очень любили:

— Дядя, вы можете одолжить мне девять пенсов? Я вам верну их, как только у меня будут карманные деньги, — сказала в тот же вечер Роза, войдя поспешно в библиотеку.

— Конечно, могу, а так как я не буду брать с тебя за это процентов, ты можешь не торопиться расплачиваться со мной. Возвращайся потом сюда, ладно? Если у тебя нет какой-нибудь более веселой работы, то ты поможешь мне разбирать книги, — ответил дядя Алек, вручая племяннице деньги с готовностью, которая так приятна, когда мы просим взаймы.