Луиза Олкотт - Роза и семь братьев

— О, дядя! Вы слишком добры ко мне. Я буду делать все, что вы пожелаете: буду ездить на диких лошадях, принимать холодные ванны, есть противную овсянку и перестану затягивать талию, чтобы доказать вам, как глубоко благодарна вам за эту прелестную комнату.

— Так она тебе нравится? Но почему ты думаешь, что она твоя, моя девочка? — спросил доктор Алек, очень довольный, и, сев на стул, посадил к себе на колени взволнованную племянницу.

— Я не думаю, я знаю, что она для меня! Я вижу это по вашему лицу и чувствую, что совсем не заслужила этого. Тетя Джесси говорит, что вы меня избалуете и что я не должна позволять вам этого делать. О, Господи, может быть, я должна отказаться от этой прелестной комнаты? — Роза посмотрела на дядю с таким выражением, как будто нашла бы в себе достаточно мужества для такого поступка. Правда, она не могла представить, кому нужна эта жертва.

— Очень обязан за это миссис Джесси, — сказал дядя, недовольно хмурясь, хотя в глубине души сознавал, что сестра права. Но вот светлая улыбка озарила его лицо, и он весело сказал:

— Это часть твоего лечения, Роза. Ты будешь жить в этой комнате потому, что здесь весело, здесь много солнца, много свежего воздуха. Здесь ты можешь принимать холодные ванны. Воздух, солнце и вода — вот твои главные лекарства. А еще ты будешь сама наводить в комнате порядок и содержать ее в чистоте. Фиби научит тебя, как это делать. Она будет твоим другом и твоей учительницей. Как тебе это понравится, моя дорогая?

— О, очень понравится! Я сделаю все возможное, чтобы быть хорошей пациенткой. Но я, право, не думаю, чтобы кто-нибудь мог заболеть в такой комнате, — пролепетала Роза со счастливым вздохом. Она глаз не могла оторвать от своего нового чудесного жилища.

— Я вижу, мои лекарства тебе нравятся больше, чем лекарства тетушки Майры. Ты же не захочешь выбросить их в окошко?

— Пойдем, моя девочка, я хочу дать тебе еще одно новое лекарство. Я думаю, ты примешь его не так охотно, как последнее, но со временем полюбишь и его, — сказал доктор Алек спустя неделю после большого сюрприза.

Роза сидела в своей комнате, где с удовольствием проводила бы все время, если бы это было позволено. Она взглянула на дядю с улыбкой, так как уже не боялась ни его самого, ни его лекарств. Ей даже было интересно узнать, что же это за снадобье. Последним средством была работа в саду; девочка помогала дяде приводить в порядок цветочные клумбы. При этом она узнала много нового и занимательного о растениях. Хотя Роза изучала ботанику в школе, но там наука эта казалась ей сухой материей. Сравнить нельзя с тем увлекательным уроком, который преподал ей дядя Алек.

— А какое это лекарство? — спросила она, беспрекословно откладывая свою работу.

— Соленая вода.

— И что я с ней буду делать?

— Надень-ка новое платье, которое вчера прислала мисс Хемминг, и приходи на берег моря, там я тебе все покажу.

— Хорошо, дядя, — ответила Роза покорно.

«Купаться еще слишком рано, он, наверное, захочет меня покатать на этой ужасной лодке», — с содроганием подумала она, когда доктор вышел.

Новое голубое фланелевое платье, отделанное белыми тесемками, и матросская шапочка с длинными лентами отвлекли ее внимание от предстоящего испытания. Громкий свист напомнил девочке, что дядя ожидает ее. Она быстро побежала через сад по песчаной тропинке, ведшей на берег моря, к пристани, которая, как и дом, тоже принадлежала тетушкам. У причала доктор Алек снаряжал симпатичную лодку, белую с красным. Суденышко мягко и неторопливо покачивалось на волнах.

— Какая красивая лодка и как необычно названа. «Бонна Белль» очень милое имя, — проговорила Роза, стараясь скрыть волнение.

— Она твоя, садись и учись управлять рулем, грести ты пока не в силах.

— Разве все лодки так качаются? — спросила девочка, останавливаясь, якобы для того, чтобы поправить шапочку.

— О да; а когда на море шторм, лодки подбрасывает, как ореховую скорлупу, — ответил дядя-моряк, не подозревавший о ее страхах.

— А сегодня штормит?

— Нет, море достаточно спокойно; ветер, кажется, меняет направление, но мы успеем вернуться к тому времени, когда погода изменится. Поедем.

— Вы умеете плавать, дядя? — Роза крепко ухватилась за протянутую ей руку.

— Я плаваю, как рыба.

— О, пожалуйста, держите меня крепче, пока я не сяду в лодку! Отчего это руль так далеко?

И, подавив вздох, Роза села на скамейку и ухватилась за нее обеими руками. Вид у девочки был такой, будто она ждала, что сейчас набежит большая волна и опрокинет лодку.