Сергей Уткин - История болезни

Из большой пиццы два куска котяра слопал.

Как я писал уже, у меня за окном небольшой такой скверик и на одном из деревьев много лет гнездится воронье семейство. Вороны оказались весьма тактичными соседями, гвалт по утрам не поднимали, "придомовую" территорию блюли в чистоте. Крыс гоняли, что важно. В обмен воронам перепадали пищевые отходы.

На зиму гнездо бросали, а весной дружно восстанавливали, готовясь выводить новую партию каркуш...

В этом году гнездо разобрали. Видимо, семейная чета старожилов распалась и права на "старый фонд" предъявили сразу две пары. Раньше другие вороны к этому гнезду не подлетали даже. Несколько лет назад семейство грачей предприняло попытку захвата жилплощади, но были изгнаны быстро и жестко. А тут сразу две семьи, обе явно когда-то проживали здесь на правах птенцов...

Ясное дело, началась свара. Две вороны-домохозяйки начали дикий ор на тему "вас здесь не стояло". Мужики сидели чуть поодаль и в бабью перебранку не встревали. Аргументы и права у обеих сторон были равные, а решать вопрос посредством драки не хотел никто. Все-таки, не первый день знакомы...

Где-то через час вороньим квартетом было принято соломоново решение: здесь никто жить не будет, а старое гнездо растащат на стройматериалы. В четыре клюва жилище мгновенно растаскали по прутику, за компанию уволокли валявшийся на газоне клок технической ваты. Все тихо, мирно, чинно...

Вот только без пернатых соседей теперь пусто.

– Завтра едем на колхозное поле, на работы

– А что за работы?

– Ты не поверишь, да и не угадаешь. По

сахарным буракам пошла ромашка,

просто ходить и рвать ромашку. Толпа

здоровых мужиков будет ходить и

рвать ромашку.

– Товарищи, внимание!

Голос старшего мастера слесарного участка Пискуновой больше походил на визг. Высокий, резкий, какой-то надтреснутый, от него свербело в ушах даже когда она говорила не повышая голоса. А если кричит, как сейчас... Брр-р!

– Прошу внимания! Олег Александрович, выключите радио!

– Зачем? – ухмыляется Олег Саныч. – Я вас и так прекрасно слышу!

Еще бы! Пискунова стоит в шаге от верстака Олега Александровича. Как он выдерживает этот визг у себя над головой? Я сижу через два ряда, и то еле сдерживаюсь что бы не зажать уши или не запустить в мастера чем-нибудь тяжелым и твердым.

– Олег, пожалуйста, приглуши приемник.

Это второй мастер, Валентина Борисовна Хватова. Весь участок жалеет, что Валя только второй мастер – в отличие от Пискуновой у Валентины Борисовны нет любимчиков, отношения со всеми ближе к дружеским, работать с ней одно удовольствие. Самое лучшее время это когда Пискунова в отпуске или болеет, а участком рулит Валентина Борисовна.

Олег Саныч выключает свою "Спидолу", мужики откладывают инструмент, из глубины цеха подтягиваются монтажники.

– Товарищи, завтра наш цех едет в подшефный колхоз "Шушары" на прополку свеклы. Сбор в восемь утра возле южной проходной, форма одежды соответствующая. Вопросы есть?

Я тихо выпадаю в осадок. Матушка моя из крестьян, в деревне под Ярославлем выросла. Сызмальства умеет траву косить, коров доить, лошадью управлять и хлеб убирать. Я же по всем параметрам личность городская, местами даже интеллигенция. Корову видел только по телевизору, лошадь в зоопарке, а из всех полевых работ способен разве что картошку почистить и пожарить. Кроме того, по медицинским показателям у меня освобождение от сельскохозяйственных работ. Вот только справка выдавалась сроком на один год и этот год уже кончился. А сходить в медсанчасть "Ленинца" за новой бумажкой мне было лень, каждый раз откладывал на "потом". Дооткладывался... И дергаться уже бесполезно: за оставшееся время справку обновить нереально.

Остаток дня настроение у меня было такое, будто завтра мне предстоит не прополка свеклы, а смертная казнь. Но деваться некуда. Утром притащился к месту сбора, вместе с коллегами загрузился в заводской ПАЗик. Юра Парфенов, с которым мы к тому времени уже успели сдружиться, изрядно повеселился, глядя на мою мрачную рожу. Одно утешало: лето выдалось сухим и жарким, так что месить раскисшую грязь точно не придется.

До нужного поля доехали минут за пятнадцать. Выгрузились. Женщины тут же собрали сумки с термосами и бутербродами, организовали в конце поля импровизированную столовую. Решили так: доходим до середины грядки и устраиваем перерыв на обед. Определили кому на какую грядку вставать. Получилось по три человека на каждую сторону гряды. Мне выпало идти с Олегом Александровичем Ивановым и Мишкой Дылевским.