Рудольф Итс - Стрелы Немой скалы

Друзья вернулись на станцию перед приходом поезда из Красноярска. Короткий сам по себе путь из Ачинска до Абакана был мучительно долгим. Колея была старой, однопутной, и поезд шел архимедленно. Стараясь прибыть в надлежащей форме, чтобы сразу продолжить путь, друзья попытались уснуть. Виктору это удалось, да так, что на конечной станции Андрей с трудом растолкал его. Было серое раннее утро. Проходя через вестибюль вокзала, Демидов ради интереса сунулся к окошку Аэрофлота — самолеты не шли. Кызыл не принимал из-за погоды. К этому здесь давно привыкли, и машины считались самым надежным скоростным видом транспорта.

Перед зданием вокзала стояла «Волга» с номером 22–24. Ее водитель, не иначе как хакас, с лихо заломленной на затылок фуражкой и в куртке, блестящей множеством молний, был необычайно молод. Друзья подошли к нему и представились.

— Николай Хазаков, шофер первого класса, — отчеканил в ответ водитель и добавил: — Машина готова, я тоже; если вы можете, тотчас же двинем на Кызыл.

Друзьям Николай понравился сразу… В общем решили ехать, не мешкая. Путь предстоял большой и сложный — четыреста пятьдесят километров Усинского тракта, через Саяны. В такую дорогу летом всегда выезжают чуть свет, пока не печет солнце, не нагрелся асфальт и от быстрой езды не горят шины.

Утро было прохладным. До переезда через реку Абакан оба сидели на заднем сиденье; видя, что Андрей пытается уснуть, Виктор перебрался к Николаю. Переехали Абакан, быстро промчались мимо просыпающегося Минусинска. Стали попадаться встречные машины, но после переезда через Енисей их стало меньше. Тракт выше и выше уходил в горы. Вдали виднелись зубчатые вершины Саян, кое-где покрытые снегом. Их еще предстояло перевалить. Придорожные селения попадались реже. Солнце уже поднялось сравнительно высоко и припекало. Виктор опустил стекло. Летящий навстречу воздух, чистый и прохладный, разгонял дремоту; ему совсем не хотелось спать, и он разглядывал окрестности. Миновав маленький поселок, машина въехала на мост через одну из бесчисленных рек, бегущих с Саян. Николай предложил искупаться, и Виктор поддержал его. Андрей так и не проснулся. Они окунулись в ледяную воду, потом позавтракали бутербродами: было уже половина девятого.

Николай на хорошей скорости вел машину, ловко расходясь со встречными большими и маленькими бензовозками, самосвалами. Маячившие вдали горы приблизились. Машина стала круто забирать вверх. Наконец первый подъем кончился. За ним спуск и опять подъем. Дорога шла, как бы врезаясь в горы. Справа по ходу высились скалы, слева — крутой обрыв и где-то внизу рокот реки Ус.

На стопятидесятом километре началось самое интересное — серпантин. Насколько хватало взгляда, вверх вился тракт, опоясывая горы. Один поворот, другой… пятнадцатый… Николай заглушил мотор. Они были на самой высшей точке перевала. Сверху лента серпантина была заметна еще лучше. Где-то позади осталась долина, а впереди — цепи Саян. Еще будут подъемы, но там, где они стояли сейчас, самый верхний пункт перевала.

Они поехали дальше. До Арадана шел почти ровный спуск. Перекусив в дорожном буфете — последнем пристанище до границ Тувы, до тувинских селений, путешественники тронулись в путь. И снова машина петляла по склонам, взбиралась на подъем, прижималась к скалам, давая проход встречному транспорту. Труден Усинский тракт — надо хорошо владеть машиной, чтобы не свалиться в пропасть или не уткнуться в скальную стену.

Дорога пошла вниз вдоль реки Ус, текущей здесь не так стремительно; основные хребты Саян остались позади. Николай напряженно всматривался вперед, а Виктор пытался определить марку показавшегося перед ними встречного грузовика. Вот грузовик въехал на Медвежий мост и как-то странно стал тыкаться в разные стороны, В кузове грузовика были люди. Николай сбавил газ и вскоре совсем затормозил. Друзья вышли из «Волги» в тот момент, когда шофер грузовика наконец-то выровнял машину. Грузовик медленно катился мимо. Можно было хорошо разглядеть людей, сидевших в кузове. Внимание привлек чем-то знакомый пожилой мужчина. Машина увеличила скорость…

— Веденский! — неожиданно вскрикнул Андрей, указывая на человека в кузове.

Виктор посмотрел вслед грузовику и тоже узнал их попутчика Аристарха Евгеньевича Веденского или, если прав Андрей, букиниста Королькова Петра Семеновича.

Машина скрылась за поворотом, а друзья стояли в растерянности, не зная, что предпринять, не понимая, почему Веденский, направлявшийся в Туву, теперь уже едет обратно…