Карин Боснак - Спасите Карин!

После вечеринки несколько сотрудников, и я вместе с ними, отправились в другое местечко. К нам присоединилась Молли, успев к тому времени перезаказать билеты для гостей на утро. Мы гуляли по ночному городу до трех часов. Молли жила в Квинсе, ехать в такую даль ей не хотелось, так что она осталась ночевать у меня на диване.

На следующее утро мы обе проснулись в легком тумане и понеслись на работу заканчивать сценарий для шоу. Шоу посвящалось женщинам и болезням сердца, так что все наши гости были женщинами, перенесшими сердечные приступы еще в юности. Сара Фергюсон, герцогиня Йоркская, выступала от Американской сердечной ассоциации, она же была и гостьей. Я с нетерпением ждала ее прибытия.

Из-за вчерашней вечеринки планерку, которая обычно проходила в восемь тридцать, перенесли на девять часов. Поскольку все наши гости ожидались утром, я велела Молли отслеживать все рейсы, чтобы убедиться в их прибытии.

Около восьми сорока пяти утра, когда я вносила завершающие штрихи в сценарий, вдруг заговорили о каком-то самолете, который протаранил башню Всемирного торгового центра. Я взглянула на телевизор, стоящий в углу офиса, и увидела репортаж: клубы дыма, валящие сбоку одного из зданий.

— Что там происходит? — крикнула я Кирку, продюсеру программ новостей, замершему около телевизора.

— Самолет врезался во Всемирный торговый центр!

— Кошмар, — сказала я. — Местной авиалинии?

— Еще неизвестно, — ответил он.

Я посмотрела в окно, не видно ли дыма. Ничего видно не было. Всемирный торговый центр располагался ближе к Финансовому району, милях в четырех к югу. На экране возникали новые кадры, и все сотрудники подтягивались к телевизору. Вдруг Кирк подпрыгнул.

— О боже, вы видели это? — вскрикнул он.

— Что именно? — спросила я.

— Еще один самолет врезался во вторую башню!

Несколько минут спустя стали снова и снова повторять картинку второй катастрофы, и все в офисе начали бурно обсуждать происходящее.

— Это не авария, — сказал Кирк, — два самолета не могут случайно влететь в самые большие здания Манхэттена. Это сделано намеренно.

Я подумала о наших гостях, которые летят утренними рейсами. Сара Фергюсон уже в городе, но в половине девятого ожидались зри группы остальных гостей. Я развернулась к столу своей помощницы.

— Молли, — крикнула я ей, — наши гости приземлились?

— Я как раз выясняю, — ответила помощница. — Я позвонила Дженни в транспортный, и она проверяет.

Прошло некоторое время, люди бессмысленно слонялись из кабинета в кабинет, начиналась паника. У многих были друзья, которые работали в этих зданиях. У меня, к счастью, там знакомых не было.

Примерно в четверть десятого босс собрал нас на совещание по шоу. Мы все еще не понимали толком, что происходит, и поэтому не знали, будут ли съемки. Но к концу совещания пришло сообщение, что Манхэттен закрыт, и мы мало-помалу начали осознавать всю грандиозность происходящего. Стало ясно, что никакой записи у нас сегодня не будет.

Когда я вернулась к себе, Молли уже получила подтверждение, что все наши гости благополучно приземлились. Единственная проблема состояла в том, что мы теперь не могли их найти. Они — либо в аэропортах, либо в машинах по пути к городу, но во всей этой панике было невозможно с ними связаться.

— Молли, — сказала я, начиная нервничать, — у всех этих женщин больное сердце!

— Знаю, знаю, — ответила она, сочувственно глядя на меня.

Я подняла трубку и набрала номер пиар-агентства Сары Фергюсон: следовало сообщить, что съемок не будет. Там все время было занято. Наконец, после множества попыток, я прорвалась. Поговорив с женщиной из агентства, я выяснила, что Сара Фергюсон уже выехала из Манхэттена.

На экране телевизора возникли новые кадры: третий самолет врезался в Пентагон.

В это время выяснилось, что один из водителей, встречавших гостей, застрял в Квинсе. Он не может привезти нашу гостью в Манхэттен, потому что все мосты и туннели закрыты. Дженни пыталась уговорить его отвезти женщину в ближайшую к этому месту гостиницу.

В ту же минуту зазвонил телефон Молли, и другая наша участница сообщила, что они с мужем только что подъехали к отелю недалеко отсюда. Чувствуя ответственность за людей, вытащенных мною в Нью-Йорк, я попросила Майка отнести им деньги: что с ними теперь? Вдруг остались без гроша в кармане?

— Не хочу я никуда идти, — сказал Майк. — Я домой хочу.

— Знаю, Майк. Я тоже хочу домой. Но, пожалуйста, сделай это для меня. Отель недалеко, на этой же улице. Всего в половине квартала отсюда. На нас лежит ответственность за этих людей. Мы привезли их сюда и не можем теперь вот так просто развернуться и разойтись по домам. Мы должны убедиться, что у них все в порядке.