Карин Боснак - Спасите Карин!

Общая сумма долга: $ 24969

После трехмесячного ада подготовки наконец-то состоялась премьера «Шоу Ананды Льюис». Это было в понедельник, 10 сентября 2001 года. Хотя я совершенно вымоталась и не испытывала к этому шоу никаких чувств, кроме ненависти, я не могла не волноваться. Когда ты столько сил вкладываешь в какое-то дело, то хочешь гордиться окончательным результатом. Мне очень хотелось, чтобы силы были потрачены не зря.

Что касается моей доли в Файер-Айленд, мне наконец удалось провести там выходные, но это оказалось совсем не то, что я люблю. Там было мило, но как-то очень в духе колледжа. Это не по мне. А ведь я заплатила за целых четыре выходных. Выброшенные деньги.

Как мы и планировали, Скотт повел меня показать квартиру в Бруклине. Он говорил чистую правду: недалеко от Манхэттена, район несколько жутковатый, но квартира огромная. В дополнение к двум этажам там был даже задний дворик!

Однако хозяин не горел желанием сдавать ее мне после того, как ознакомился с моей кредитной историей. Он никак не мог понять, как это при таком высоком заработке у меня столько долгов. Только после того, как Скотт заверил его, что мне можно доверять, домовладелец наконец подписал наше заявление. Однако заставил нас внести оплату за два месяца вперед в качестве залога. Таких денег у меня не было. Поэтому, клянясь, что это в последний раз, я позвонила маме и попросила прислать денег. И, как когда-то с чеками от «Маршалл Филдз», она снова помогла мне выбраться из этой ситуации — но сказала, что это в последний раз.

В тот понедельник, сделав последние изменения в шоу, съемки которого были назначены на следующий день, я не могла не волноваться. Я переезжала в более дешевую квартиру, я вступила в программу по выплате долгов, и наконец-то настала премьера шоу. Все это для меня означало, что жизнь, Бог даст, станет полегче. Все понемногу налаживалось.

В тот вечер состоялся большой прием, посвященный началу шоу. Он проходил в пентхаусе отеля «Хадсон». Отель «Хадсон» — самый крутой в городе. Хотя бы потому что это отель Иэна Шрагера, он уже суперкрутой. В последние два раза, что я была здесь в баре, я встречала Харрисона Форда и Клаудиу Шиффер. Пусть по отдельности, но я их видела. Поверьте, живьем он такой же сексуальный, как и в кино. А она действительно красавица.

Рабочий день заканчивался, приближалась вечеринка, а на психику давило: сценарий для завтрашнего шоу еще не дописан! Но теперь я была гендиректором своей жизни и знала, как нужно поступать. Оставаться и работать, когда все уйдут на вечеринку — это нарушение баланса. Так что, несмотря на недописанный сценарий, около семи я ушла на прием, поклявшись, что завтра приду пораньше и все допишу.

Пентхаус в «Хадсоне» занимал весь верхний этаж. Номер имел форму буквы «U», причем на каждом роге этой буквы располагалась огромная открытая терраса. Одна сторона была полностью открыта, на ней стояли столики, другая накрыта тентом. Повсюду — открытые бары, официанты разносили закуски. Внутри — белая мебель, металлические стулья и люцитовые [9] Люцит — декоративная разновидность акрила. столы. Вечеринка была шикарная! Именно так я и представляла себе жизнь продюсера нью-йоркского телевидения!

Не успела вечеринка начаться, как пошел дождь. Затем он превратился в ливень. Разразилась жуткая гроза. Пока гостиничная прислуга пыталась установить боковые части тента, мощный порыв ветра прошелся вдоль террасы; полетели стаканы и тарелки. Через несколько минут Молли, моя ПП, получила сообщение Дженни из транспортного агентства: все гости нашего шоу собирались вылетать сегодня вечером, но из-за сильного дождя их рейсы отменены. Пришлось Молли возвращаться в офис и переделывать заказы на утренние рейсы.

Примерно через час гроза прекратилась, и тент снова убрали, открыв террасу ночному воздуху. После такой грозы — совершенно ясное небо и ни ветерка. Ночь была тиха и прекрасна.

Пообщавшись с присутствующими, я подошла к краю крыши, чтобы взглянуть на прекрасные очертания Манхэттена. И невольно улыбнулась, потому что это быт мой город. Нью-Йорк вобрал меня в себя, и я не могла позволить ему перемолоть меня, превратить в ничто и выплюнуть. Я должна была одолеть эти жесткие проблемы с деньгами и выжить здесь. Нельзя, чтобы пара трудных месяцев выбила меня из колеи.