Абдулла Кадыри - Скорпион из алтаря

Потом Гульшан и Ахсан-казначей, пятясь спиной к дверям, вышли от Огача-аим.

Когда Гульшан вышла в переднюю, девушки стали ее поздравлять с высокой милостью — ведь она «была удостоена любезного внимания». Надевая кавуши, Гульшан посматривала на царские покои. Потом она попрощалась со служанками и вышла во двор. Как мы уже говорили, вокруг этого двора жили любимые ханские жены, каждая со своими повитухами, портнихами, служанками и рабынями.

Рядом с помещением Огача-аим, во втором зале, жила любимая жена хана Розия-аим. Розия-аим только два года назад стала женой хана, но, благодаря своей необыкновенной красоте, добилась особого расположения сеида и заняла одно из первых мест в гареме. К ней были приставлены четыре служанки и две рабыни, которые должны были служить ей. Розия-аим, дочь Ахунджан-бая, была родом из Кашгара. Молоденькой девушкой она была выдана замуж за кокандского бая Джанбобо, от него родила ребенка и вскоре овдовела. Потом она вышла замуж за кокандского хазрата [65] Хазрат — титул высокопоставленного лица, также почтительное обращение к представителям мусульманского духовенства. Миен Фазл Ваххаба. Хуфия, женщина, обязанность которой, подобно Гульшан, было высматривать красавиц для хана, донесла ему об ее красоте, и в один прекрасный день хан прислал арбу за Розией-ханум, приглашая ее «в гости»…

Что мог поделать Миен Фазл Ваххаб против ханской воли? Проведя ночь в гареме хана, Розия наутро вернулась домой. Тогда муж ее, Миен Фазл Ваххаб, дал ей развод и с семью арбами добра отправил во дворец. Сделал ли он это со злобы на хана или из страха перед ним, Розия так и не могла понять [66] Большая часть сведений о гареме получена нами от Розии-аим. Благодаря своей исключительной памяти, эта сейчас уже девяностолетняя старуха смогла сообщить нам многие ценные подробности. Она поразила нас сохранившимися до сих пор характерными для ханской жены чертами. Приношу свою признательность и благодарность Розии-аим и посреднику между нами Баситу Кадырову, моему кокандскому другу, которому я обязан многим. (Прим. автора.) .

Едва Гульшан приблизилась к жилищу Розии-аим, две служанки раскрыли двери ее прихожей и, выйдя во двор, стали с двух сторон, почтительно опустив головы. Тотчас из дверей появилась грациозная женщина, стройная, как кипарис, с белым, словно молоком напоенным лицом, с карими глазами, такими темными, что они могли сравниться только с безлунной ночью, с черными, длинными, до пят, волосами, вся в шелку и золоте. Голова ее с бесчисленными косичками была повязана легким газовым платком, вышитым по краям; сама она была одета в шелковое платье — черное с белым, обшитое по вороту и подолу каймой; на ней была еще безрукавка из бухарского бархата, отделанная золотым шитьем, застегнутая на рубиновые пуговицы. Это была любимая жена хана — сама Розия-аим. Розию сопровождал черный мальчик, лет восьми-девяти, у которого белыми были только зубы да белки глаз. Этот маленький раб был при ней на побегушках, всегда готовый выполнить малейшее желание своей госпожи [67] Рабы при дворце Худояра были чаще всего таджики или негры, они могли жить в гареме с семи до двенадцати лет, мальчики старше уже не допускались в гарем. По словам Розии, когда маленькому рабу исполнялось двенадцать лет, его удаляли из гарема, поручая какую-нибудь работу во дворце. Рабы-кастраты были только при матери Худояра Хаким-аим (умерла в 1285 году), их было двое — Эшмат-саркар и Ташмат-саркар, оба были неграми, но они тоже без хана не имели права входить в гарем. Каждый день, когда хан шел здороваться с матерью эти два раба приходили с, ним и, поклонившись Хаким-аим, уходили вместе с ханом Похоже, что это были приближенные рабы Хаким-аим, доставшиеся ей от Шерали-хана. По рассказам Розии, кроме этих двух старых рабов, никаких евнухов во дворце не было. Так что утверждения русских писателей, будто в гаремах жили евнухи, неверны. Розия рассказывала: «Когда Худояр в первый раз был свергнут с престола, он взял с собой в Джизак несколько рабов, которым дал образование и впоследствии назначил их на разные должности. Это были: Шогулом, главный глашатай, Джамил, Файзулла и Муллача — казначеи. Давлят-удайчи, Давлат-саркар, Шопсаид-курбаши. Все они не были кастратами и в гарем не допускались. (Прим. автора.) . Гульшан склонилась перед Розией-аим в низком поклоне. Розия-аим кивнула ей, промолвив: «Как поживаете?» — и, не дожидаясь ответа, прошла мимо, направляясь в царские покои.