Джика Ютеш - У нас в Крисанте

— Да, горькая была тогда наша жизнь! — шепчет тетка. — Сколько я натерпелась, как мучилась!

— Да, и ты настрадалась! Знаю! — мягко соглашается с ней Томека. — Но вот теперь наша жизнь пошла в гору… Да, а как мне закончить? — озабоченно спрашивает он Михэлуку. — Что мне еще написать? Может, «Да здравствует Румынская рабочая партия»?

— У нас, у пионеров, говорят: «На борьбу за дело Румынской рабочей партии будь готов!»

— Я готов, — шепчет Томека, придвигает к себе свое заявление и коряво расписывается: «Некулай Томека».

— Имя надо писать с прописной буквы, — поправляет его Михэлука.

— С прописной буквы! — послушно повторяет Томека.

Недели через две Михэлука снова пишет Томеке в Зэворыту письмо:

«Дорогой дядюшка Томека!

Сообщаю про себя, что у нас в лагере все хорошо, мы готовимся к празднику и покажем даже пьесу под названием «Пуговицы». В этой пьесе Титина будет сестрой Орестела, у которого другое имя, но в пьесе он такой же хвастун, как и в жизни. А Титина — его сестра, значит, — отрезает у хвастуна все пуговицы, и ребята смеются до слез. Никак не дождусь этого праздника, вот только не знаю, как быть с теткой. Очень она все время убивается и тайком плачет, так чтобы дядя не увидел. Даже нам пригрозила, ежели мы с Бенони проговоримся, она не пустит нас больше в лагерь и знать нас не захочет. А к тетке снова пришел господин Бэкэляну. Он нарочно прикатил прямо из Бухареста, чтобы поговорить с теткой Олимпией. Но тетка, когда его увидела, совсем не обрадовалась и прямо в глаза сказала, что уж не раз запрещала ему переступать порог нашего дома. А господин Бэкэляну подумал, что тетка шутит, и попросил отослать из дому меня и Бенони, чтобы они могли спокойно поговорить. Но тетка не захотела нас отсылать, и они потом долго ругались из-за каких-то денег. Бэкэляну все требовал у нее какие-то деньги и стал грозить, что, если она их не отдаст, ему, Бэкэляну, будет плохо, но ей, тетке, в тысячу раз хуже. Она, мол, пальцы будет себе кусать, если сейчас его не послушается. Но тетка обозвала Бэкэляну лгуном и пиявкой, которая кровь высасывает. Даже сказала, что вызовет тебя из Зэворыты, чтобы ты с ним по-свойски потолковал. Ну и испугался же он! Видать, боится тебя до смерти. Вскочил со стула как ужаленный и начал метаться по комнате. «Ради бога, не вздумай ему что-нибудь рассказать. Ты что, хочешь совсем меня погубить?» Он, верно, раз десять повторил: «Ты что, хочешь меня совсем погубить?» Я чуть в лицо ему не расхохотался, а тут еще Бенони все время толкал меня в бок и передразнивал господина Бэкэляну.

Я теперь, дядюшка Томека, ничего не понимаю. Что это происходит с теткой? В тот вечер неожиданно вернулся домой и дядя Гаврила, а тетка, которая только что прогоняла и проклинала Бэкэляну, вдруг почему-то смилостивилась и велела дяде попросить господина Бэкэляну подождать с долгом за дом. А дядя ответил, что откладывать плату не надо. Лучше он продаст откормленную к рождеству свинью и расплатится, чтобы потом жить спокойно. А Бэкэляну, который до прихода дяди все требовал денег, сказал, что продавать свинью не следует. Он, мол, Бэкэляну, человек добрый и никогда не согласится отнимать кусок у детей. Но у него есть другая просьба: пусть дядя купит его виноградник, тот, что по ту сторону будки путевого обходчика, так как он, Бэкэляну, за этим погоном земли ухаживать не может.

Дядя ответил, что не может еще больше запутываться в долгах, он и так уже задолжал государству, но Бэкэляну ответил, что деньги ему не нужны.

Теперь вот я никак не пойму, почему, как только дядя пришел, тетка и Бэкэляну сразу перестали ругаться и почему теперь она все время, когда дяди нет, проклинает Бэкэляну и украдкой плачет, а перед дядей его защищает.

Дорогой дядюшка Томека, только ты не проговорись об этом письме тетке Олимпии. Я тебе все это написал, потому что никак не пойму, что у нее за дела с Бэкэляну.

С большой любовью

Михэлука Бреб».

Тетка твердо решила взять виноградник Бэкэляну. Ведь он так близко от их дома, на склоне холма Присэкань, рядом с шоссе. Из-за этого решения дядя с тетей ссорились всю ночь до утра. Дядя говорил, что нечего им брать на себя еще одну мороку, нечего путаться в это дело.

Утром рано тетка сердито будит Михэлуку.

— Вставай! — кричит она. — Тебя дядя ждет. Он уже запряг лошадь. Поедете на виноградник, надо сторожку починить!

— Но сегодня у нас начинаются занятия в школе!

— Ничего с тобой не случится, если и пропустишь несколько дней!.. Посидишь в сторожке и посторожишь виноградник.