Джика Ютеш - У нас в Крисанте

— Пимперлино!

«Пимперлино-о-о!» — гулко вторил голос из темной прохлады.

— Принцесса-а-а-а! — орал Орестел.

— Хвастунишка! Индюк! — не оставалась в долгу Титина.

Но, когда об этом узнала Илдика, она очень рассердилась и велела немедленно вытащить арбузы. К несчастью, ведро перевернулось, и два арбуза так и остались в колодце. Однако Илдика все равно приказала Орестелу и Мишу тут же, при ней, забить колодец досками. Арбузы отлично можно охладить и под краном.

Ребята послушались, но обиделись. Что это, Илдика считает их совсем несмышленышами? В колодце арбузы охлаждались в сто раз лучше, чем под краном, а потом, разве можно допустить, чтобы ни с того ни с сего на дне колодца сгнили два прекрасных, великолепных арбуза?

Илдика не обратила на их негодование никакого внимания, и дала им ряд интересных заданий.

Но сегодня ребята всё делали без всякого энтузиазма. Молча прибили они полки, нехотя поставили качели и натянули палатку. Палатка предназначалась для шахматного столика и передвижной библиотечки. Кроме того, в ней будут храниться мячи, гербарии и другое лагерное имущество. Палатка издали сильно смахивала на юрту. Это несколько развлекло ребят, и они на время забыли даже об арбузах.

Но, как только Илдика отправилась с девочками за книгами и походной аптечкой, Орестел снова вспомнил об арбузах.

— А какие арбузы были! Титина сказала, что тот, что побольше и с толстыми черными полосами, непременно должен быть с желтой сердцевиной.

— Давай вытащим арбузы, пока Илдики нет! — предложил Мишу Велизар и, не дожидаясь ответа, помчался к колодцу.

Первым взялся за дело Мишу, но у него ничего не получалось. Как он ни забрасывал ведро, всякий раз зачерпывал только воду. Михэлуке больше повезло; после долгих стараний он вытащил тот арбуз, что поменьше.

— А теперь хватит! — предложил он. — Сейчас вернется Илдика и задаст нам жару. Второй арбуз вытащим завтра.

Но Орестел заупрямился. Он ни за что не хотел оставить в колодце до завтра полосатый арбуз с желтой сердцевиной…

Мальчик низко свесился над скользким краем колодезного сруба и изо всех сил дергал веревку.

Даже Бенони попытался его отговорить:

— Да брось ты! Завтра принесем другой полосатый арбуз, еще получше этого.

Но Орестел вскочил на край сруба и с азартом старался подвести ведро под арбуз, но вдруг поскользнулся, выпустил веревку из рук и полетел в колодец. Все произошло так быстро и неожиданно, что мальчик даже не успел вскрикнуть. Колодец был узкий, и каменные его стенки обросли скользким мхом. Падая, Орестелу удалось упереться спиной и пятками в стенки. Перепуганные ребята завопили истошными голосами, Орестел растерялся и стал скользить все ниже и ниже.

— Держись, Орестел! Держись! Я сейчас принесу шест! — крикнул Михэлука.

Алекуцу Гасс закрыл глаза руками и с мольбой прошептал:

— Быстрее, Михэлука, быстрее…

А Мишу дико завопил:

— На помощь, на помощь, спасите! Он утонет! Спасите!..

— Да перестаньте вы орать! — прикрикнул на ребят Михэлука. — Вы своими воплями его пугаете. Я его вытащу! Найдите только шест!

Перекинув ноги через край колодца, Михэлука начал осторожно спускаться, то и дело подбадривая Орестела:

— Держись хорошенько! Да ты не бойся, я тебя сейчас вытащу! Еще немного, осталось совсем немного!

Орестел молча застыл на месте, боясь сделать лишнее движение. В темноте колодца виднелись только его бледное как полотно лицо и красные трусы.

Еле переводя дух, с шестом в руках примчался один из братьев Рига, и вскоре с помощью Михэлуки и шеста, который держали ребята, Орестел оказался на земле. Ребята окружили его тесным кольцом, каждому хотелось пощупать его, ну хотя бы дотронуться рукой. Да, Орестел был цел и невредим, он отделался лишь шишкой на лбу и незначительными царапинами на локтях и коленях. А вот Михэлука так и замер верхом на краю колодца с веревкой в зубах. В нескольких шагах от колодца стояла Илдика и с недоумением смотрела на ребят.

— Как тебе не стыдно, Бреб старший! — наконец с укоризной произнесла она. — Ну зачем ты полез в колодец? А я-то думала, что могу на тебя положиться!

Как видно, Илдика и понятия не имела о том, что здесь произошло. Но тут внезапно обрел дар речи не произнесший до сих пор ни слова Орестел. Весь бледный, с дрожью в голосе, он простонал:

— Это я во всем виноват… Я… я упал в колодец, а Михэлука… меня вытащил! — и, бросив взгляд на полосатый арбуз, который Михэлука вытряхнул из ведра, рухнул на траву.