Валерия Шубина - Мода на короля Умберто

С тем же странным чувством она слушала Петрухина, когда на следующий день степью они шли в Сухой Ерик.

В руках егерь нес маленького ястреба-тетеревятника, своего воспитанника.

Подобранный в лесу задолго до появления гостьи, птенец жил под присмотром егеря, но вчера вдруг перестал брать корм и, сколько Петрухин ни хлопотал, не проглотил ни кусочка. Пронзительным писком он извел и Петрухина, и Альбину. Его болезнь и вынудила искать помощи у Новожилова.

— Почему бы вам, — спросила Альбина, когда птенец смирился с походным положением и притих, увидя незатененное пространство жаркой песчаной степи, — не привести базу в порядок, не сделать ремонт? Чтобы люди жили по-человечески?

— Нельзя… Тогда гостей не оберешься.

— Но все равно же едут.

— Зря не едут, — ответил Петрухин, тоном давая понять, что праздношатающимся тут делать нечего, а специалисты мирятся с любыми условиями, — а при удобствах повалят отдыхающие… дичь беспокоить… природу уничтожать… Здесь заказник, а не база отдыха.

Отголоски новожиловской интонации уловила Альбина в отповеди Петрухина. Да и не все ли равно, в каком состоянии база, если Альбина поставила цель: вернуть в Журавники журавлей!

— Природа не железная, а вовсе наоборот… Вроде стеклянного солнца… Ломкая…

— Такого солнца не бывает, фантазер. Вон оно впереди… А что в нем стеклянного?

— Солнце позади нас, на востоке.

— Что ж тогда впереди восходит?..

— Не знаю…

— Эх ты, не знаешь, где восток, где запад, а поучаешь…

— Впереди Сухой Ерик, директорская база… Отродясь не было там востока.

— Что же тогда полыхает?

— Никак пожар! — сказал Петрухин, не веря глазам. — Там порох, патроны… Точно, горит!

— Да какой пожар с утра, выдумщик?!

— А такой!.. Или дыма не видишь?

— Вижу, — ответила Альбина, пугаясь. — А может, это смерч.

И, как бы в ответ, далекое пламя, метнувшись под ветром, припало и вдруг взорвалось, выбросив огненный сноп. Слабый отзвук, не дойдя до людей, потерялся в степи, но жаворонки на мгновение умолкли.

Утром позвонила Мария — жена Алексея Богмы, бывшего мастера цеха, и пусто, как отстрадавшая, попросила Сабрина прийти. С тех пор как Богма заболел и стал инвалидом, она звала впервые, и Сабрина встревожил не одинокий голос, а тишина отрешенности после него.

Пока сбегал по лестнице и шел для скорости бездорожными дворами, Сабрин не думал, нужен ли он Богме и правильно ли поступила Мария, обратившись к нему, измотанному ночным ремонтом на фабрике.

Начиналось сизое августовское утро, промышленный дым несло в сторону солнца, и, просвечивая, оно напоминало лунку проруби.

Сабрина гнало по единственному короткому пути к дому, где в узкой несветлой комнатке укрылся Богма, не веривший в свое выздоровление и в то, что его болезнь безопасна для других. Но и в своем жестко охраняемом затворничестве он сомневался, сможет ли уберечь невиновных людей от действия своих легких, которое мерещилось ему, если кто-то другой дышал с ним одним и тем же воздухом. Богма не впускал в свою комнату и жену, ограждая ее как самого преданного и потому невнимательного к себе человека. Он добился, чтобы она отделилась, особо стирала себе и окликала через дверь, если хотела узнать, жив ли он и по-прежнему ли глядит без внимания на безрадостную, колеблемую ветром природу.

Падал ли дождь на тонкие листья глициний или грелась земля, измученная производством, лицо Богмы не менялось, словно он смотрел сквозь предметы и видел что-то свое. Его не занимали прозрачные переходы дня, чередования теней, наплывы запахов: они были чужды и даже враждебны его неподвижности — последняя тягостная привязанность, которую нужно уничтожить вместе с жалостью к себе.

Богма уже не страдал по работе, уверенный, что его одиночество более необходимо людям. Мысли бывшего мастера иногда возвращались к огромному цеху, где он работал, и каждый раз возникало все то же дрожание света на металлических колоннах возле машин, дым спекаемой руды, короткие вспышки над ее маково-серой коркой, над огнем, клокотавшим в горне. Полутемный воздух был насыщен испарениями мокрого пола, жаром, запахом каленой шихты…