Томас Гарди - Взор синих глаз [litres]

– Ба, надобно иметь в лице этакое выраженье, явное, как напоминанье, как надпись: «Будьте любезны, молю, взгляните на пэрские короны на дверцах моего экипажа».

– Право слово, Шарлотта, – сказал священник. – Ты видишь в выражениях лиц так же много, как мистер Пуф видел в том, как лорд Барли качает головой [74] Аллюзия на сцену из комедии Р. Б. Шеридана «Критик, или Репетиция одной трагедии»: «Лорд Барли выходит на авансцену, качает головой и затем удаляется. <���…> Пуф: Так вот, сэр: когда лорд Барли качает головой, он совершенно определенно желает этим сказать, что как бы мудро и справедливо они ни поступали, тем не менее если со стороны народа не будет, как говорится, должного подъема духа, то в конце концов страна падет жертвой вражеских происков испанской монархии». Шеридан Р. Б. Драматические произведения. М.: Искусство, 1956 / Пер. М. Богославской и С. Боброва. .

Эльфрида не могла не восхищаться красотой своих соотечественниц, особенно с той поры, как она сама и ее немногие знакомые всегда бывали слегка загорелыми или когда на тыльной стороне ладоней у них бывали царапины от зарослей ежевики в это время года.

– И до чего ж прелестные цветы и листья они носят на своих шляпках! – воскликнула она.

– О да, – отозвалась миссис Суонкорт, – и некоторые из этих цветов имеют более поразительный цвет, чем настоящие. Посмотри вон на ту красивую розу, которая на леди, что стоит за изгородью. Элегантные усики, как у винной лозы, весьма кстати обвились вокруг ее стебля, дабы защитить свою обладательницу от шипов, и все это самым естественным образом вырастает прямо над ее ушком – я скажу, вырастает с умыслом, ибо розовый цвет лепестков и румянец этих прелестных щечек, оба равно вышли из рук самой Природы, на взгляд наилегкомысленнейшего наблюдателя.

– Но похвалите же их немножко, они этого заслуживают! – воскликнула великодушная Эльфрида.

– Что ж, я похвалю. Взгляни, как герцогиня*** плавно покачивается туда-сюда на своем месте в экипаже, используя колебания своего ландо, с тем чтобы взглянуть по сторонам только тогда, когда ее голова благодаря толчкам экипажа поворачивается вперед; она держится с пассивной гордостью, коя запрещает противодействие силе обстоятельств. Взгляни, как прелестно надуло губы все семейство разом, вон там, не давая ни малейшего повода к подозрениям в том, что это спланировали заранее, так хорошо это проделано. Взгляни, с какой скромностью сжимаются эти маленькие пальчики, держащие парасоль; только посмотри на этот тоненький бдительный большой палец, который торчит вертикально, прямо на ручке слоновой кости парасоли, зная настолько, насколько возможно, что атлас парасоли неизменно сочетается с цветом лица своей обладательницы, выглядывающей из-под него, при этом все выглядит так, будто это произошло случайно, что и сообщает этому все его очарование. А вот красная записная книжка, лежащая на противоположном сиденье раскрытой, показывающая, сколь огромно число знакомых этой особы, ее владелицы. И я особенно восхищаюсь, глядя на ту многодетную мать с другой стороны, я говорю о том, как она держится с видом полнейшего незнания, что ее дочери глазеют на всех пешеходов, и, сверх того, сами взгляды этих дочерей… они тонут в глубинах красивых мужских глаз, явно не различая, заглядывают они в глаза симпатичного мужчины или то всего лишь листва деревьев. Вот тебе твоя порция похвал. Но я всего лишь шучу, дитя мое, ты же это знаешь.

– Пуф-уфф, как же жарко, сил нет! – сказал мистер Суонкорт, словно его мысли витали далеко от того, что он видел перед собой. – Я заявляю, что часы у меня в жилетном кармане так разогрелись, что я едва ли вынесу прикосновение к ним, чтобы узнать, который час, и весь мир сейчас пахнет, как внутренность шляпы.

– Как мужчины на тебя заглядываются, Эльфрида! – сказала пожилая леди. – Опасаюсь, что ты уничтожаешь меня.

– Уничтожаю вас?

– Как бриллиант уничтожает опал при близком соседстве.

– Я заметила, как несколько леди и джентльменов смотрели на меня, – сказала Эльфрида бесхитростно, демонстрируя свое удовольствие оттого, что ее заметили.

– Моя дорогая, ты не должна говорить «джентльмен» в наши дни, – отвечала ее мачеха тоном лукавой заботы, что так шел к ее некрасивости. – Мы передали «джентльмена» среднему классу, что стоит ниже нас, где это словечко все еще употребляется на балах у торговцев да на провинциальных чаепитиях, я уверена. Там оно к месту.