Ольга Лазорева - Я — порнозвезда

Я отказалась участвовать в съемках «Холодной Веры». И все из-за Дена. В начале августа вокруг меня образовался странный вакуум. Арсений уехал в командировку в Питер, Кира в компании Стаса укатила в Геленджик, Виктор, успокоившись после истории с Ка, вновь стал проводить со мной очень мало времени. И он даже снял охрану, объяснив, что надобность отпала. Я тепло попрощалась с Андреем и даже от себя сделала ему небольшой денежный подарок. Он, обычно невозмутимый, словно робот, лишенный каких бы то ни было чувств и эмоций, неожиданно покраснел и поцеловал мне руку. И оставил свой телефон, как он выразился — «на всякий случай».

Ощутив неожиданную и странную пустоту вокруг, я решила сняться в «Холодной» и начала ездить на репетиции. Моим партнером, по сценарию его звали Саша, псевдоним — Женя, а в жизни Толя, оказался обычный на вид паренек. Я даже испытала легкое разочарование, впервые увидев его. Женя был чуть повыше меня, с обычной фигурой, с короткими черными волосами, продолговатыми темно-карими глазами и мелкими чертами лица. Ничего общего с роскошным красавцем Мишей. Работал Женя, если я не ошибаюсь, торговым представителем в сети магазинов «Рамстор». И график у него был свободный. Но как только мы начали репетировать постельные сцены, я внезапно ощутила какую-то поистине магнетическую силу пола, исходившую от него. Женя был самцом во всем смысле этого слова. И ему это вредило на съемках, потому что он с трудом контролировал свое возбуждение. Как только я прикасалась к нему, его член тут же вставал. А так как он был весьма внушительных размеров, то бугор в узких трусиках казался несоразмерно большим по сравнению со стройным телом. А уж сцены нагишом были совсем неконтролируемыми.

— Ты успокоительные, что ли, принимай перед съемками! — бросил как-то в сильном раздражении Влад, когда в очередной раз остановил работу из-за несвоевременного стояка у Жени. — У тебя головка торчит из-за бедра и хорошо просматривается в кадре! Не могу же я тебя постоянно со спины снимать!

— Извини, — хмуро отвечал Женя, — просто Куся необыкновенно соблазнительная девушка!

— Да у тебя на всех соскакивает! — смеялся Влад. — Мне кажется, что даже и на меня! А у нас ведь не хард, а софт, это ты должен понимать!

Пару дней мы репетировали под такие постоянные комментарии Влада. Хуже всего, что я незаметно подпала под сокрушительное эротическое обаяние Жени и буквально изнывала на репетициях от плохо контролируемого желания. Но не могла же я предложить Жене трахнуть меня как-нибудь после репетиции. И предложила встретиться Дену.

Он как раз приехал решать что-то с Элен и после заглянул в павильон. В перерыве я, накинув на полуобнаженное тело шелковый халатик, пошла в гримерку и увидела Дена, стоящего возле хихикающих Лолы и Мелисы. Они заканчивали сниматься в фильме о двух неразлучных лесбиянках. Назывался он «Две молочные ириски». Девушки, по своему обыкновению, были в одних трусиках. Увидев меня, они тут же приняли серьезный вид и отошли от Дена. А потом сказали, что пойдут покурить. Ден уселся на стол и сухо на меня глянул.

— Чего злой такой? — спокойно спросила я, подкрашивая губы и украдкой поглядывая на его ширинку. Желание после мягких двухчасовых ласк Жени было невыносимым. А переключаться я еще не научилась.

— Да Элен опять недовольна, что много уличных сцен. Говорит, что еще снимать не начали и нужно переписать сценарий. Что-то у нее там опять не стыкуется. Представляешь? Легко ей говорить — переписать! Я что — машина у компа?

— Ну ты же знал, какие сложности возникают с натурными съемками? — сказала я, пожав плечами. — Зачем столько на природе?

— Так все же ночью! Можно где-нибудь и за городом снять, пока погода хорошая. И никакой лицензии не нужно, а тем более милицейского оцепления! — заметил Ден.

— Договаривайся с Элен, — отмахнулась я. — Я-то чем могу тебе помочь?

— Это я так, — тут же сник Ден, — поделился по старой дружбе.

Я подошла к нему и положила руку на ширинку, чуть сжав пальцы. Ден воззрился на меня с немым изумлением.

— Нет, ты окончательно спятила на этой работе! — заметил он и убрал мою руку.

И тут я словно взбесилась. Начала бегать по узкому пространству гримерки и орать, что он дурак, дебил бесчувственный и вообще извращенец, у которого встает только в экстремальных условиях.

— А может, взглянешь на себя? — с затаенной угрозой предложил Ден. — Выставляешь в камеру голые сиськи, зад и все остальное, а еще меня в извращенцы записала!