Ольга Лазорева - Я — порнозвезда

— Выглядите отлично, Виктория, — ласково проговорил он, приглашая присаживаться.

— Да, я чувствую прилив сил, — сказала я. — Это, видимо, благодаря вам, — лицемерно добавила я, опуская глаза.

— Я рад, — мягко проговорил он. — А как наши записи? Я получил последнюю, и, судя по всему, вам действительно лучше. Есть что-нибудь еще?

— Да, я вам перешлю обязательно.

Я увидела, как блеснули его глаза.

Мы продолжили беседу. Ка спрашивал, а я прилежно отвечала. Минут через десять я услышала легкое царапанье ноготочками о дверь. И сразу встала, сделала пару шагов, повернувшись боком к двери.

— Мне что-то душно, — громко сказала я и скинула с плеч льняной пиджак.

Так как я не надела белье, то первой реакцией Ка было желание накинуть его на меня обратно. Он схватился за лацканы, я схватилась за его руки, выпятила грудь и повернула лицо к двери, приняв вид жертвы. Зафиксировав на секунду эту позу, чтобы Кира успела снять в щель двери, я чуть не расхохоталась. Снимаясь чуть больше месяца, я уже приобрела навыки работать на камеру и в этот момент думала только о том, как бы выглядеть поэффектнее в этой позе.

— Что с вами? — испуганно проговорил Ка.

— Ах! — жалобно вскрикнула я и упала на пол, постаравшись по максимуму скинуть пиджак.

Ка все-таки был врач. Он тут же бросился ко мне, распростертой на спине, и приложил ухо к груди. Потом начал оказывать классическую первую помощь. Когда его рот припал к моему и я почувствовала, что он вдувает воздух, то решила, что с меня хватит, и раскашлялась. Тут же села, глядя на раскрасневшегося Ка с недоумением.

— Вот вы и пришли в себя! — радостно сказал он, помогая мне встать.

— Спасибо, — тихо проговорила я, с трудом удерживаясь от желания рассмеяться.

— А я потерял квалификацию, — зачем-то признался Ка. — Когда вы упали, мне с перепугу показалось, что у вас остановилось сердце.

«Еще бы! — ехидно подумала я. — Вся твоя практика — это одна работа языком, и уже не один год».

— Может, вызвать «Скорую»? — предложил он.

— Нет, Константин Андреевич, я пойду. Это из-за месячных.

— А, понятно, — ответил он с облегчением. — Тогда требуется консультация гинеколога и эндокринолога.

— Обязательно, — сказала я. — Прощайте!

— До свидания, — мягко поправил он.

Как любой психоаналитик, Ка придавал большое значение правильному употреблению слов.

Я привела себя в порядок и покинула кабинет. Секретарша все еще отсутствовала.

— Сенька что-то не на шутку увлекся, — хмыкнула я, быстро спускаясь.

Кира сидела в вестибюле и внимательно изучала снимки.

— И как? — с любопытством спросила я, подходя к ней.

— Супер! Сама посмотри, — ответила Кира. — Комар носа не подточит. Твоему Ка — конец!

— Спасибо! — сказала я, беря фотоаппарат. — Дома посмотрю, выберу самые удачные, перепишу на диск, запакую в конверт, и через пару дней мой муж получит его с офисной почтой.

В этот момент появился раскрасневшийся Сеня.

— Вот Арсений и отнесет, только внешность ему нужно изменить. Парик надеть, что ли? — хихикнула я.

— Все в порядке? — спросил Сеня, внимательно глянув на нас.

— Да, милый, — ответила я медовым голоском. — Но где ты так долго пропадал?

— Ты ж сама просила отвлечь девушку, увести ее с места работы.

— Долго же ты ее отвлекал! А секретарша Ка очень симпатичная девчушка!

— Ладно, ребята, — сказала Кира и встала, — свои разборки без меня устраивайте! А мне еще две экскурсии предстоит сегодня.

— Извини, — тут же опомнилась я. — Сначала я выйду, а то у меня телохранитель в машине. Когда мы отъедем, идите вы.

— Кошмар! — закатила глаза Кира. — Прямо шпионский боевик. И нужна она тебе, такая жизнь?!

Я быстро чмокнула ее в щеку, а Арсения в губы и вышла на улицу.

Вернувшись домой, просмотрела фотки. Они получились отлично. Я оставила три. На одной я стою с опущенной головой, а Ка крепко держит мой скинутый с плеч пиджак и кажется, что он с силой тянет его вниз. Моя обнаженная грудь торчит вперед и хорошо видна. На другой я лежу на полу с закрытыми глазами и обморочным видом, а руки Ка на моей груди. И на третьей он почти лежит на мне, припав к моим губам.

Виктор на мое счастье вернулся довольно рано, и я имела возможность изобразить все оттенки грусти, печали, начинающейся депрессии, смятения, мимолетных слез. Он периодически смотрел на меня с легким удивлением. Потом очень удачно спросил, как проходят сеансы психоанализа. Я тут же затряслась в рыданиях и убежала в свою спальню. Упав на кровать, я забилась в истерике. Виктор зашел с испуганным видом и остановился в дверях.