Александр Сегень - Тридцать три удовольствия

— Во всяком случае, его пиджаки никогда так густо не пахли «Шипром», — сказала Птичка, шутливо отодвигаясь от Николки и прижимаясь ко мне.

— Ах вот как? — сказал Николка. — Так значит, мой брат Гектор Бабенко менее приятен тебе, чем Менелай Пасовец?

Лариса повернула ко мне лицо и заговорщическим тоном спросила:

— Менелай, я забыла, это муж Елены или брат мужа?

Ее глаза и губы были в трех дюймах от моих.

— Муж, муж, муж, — подсказал я. — Менелай по-советски.

— А ну-ка, два доллара, — скомандовал Николка. — Один за подсказку, другой за советизм.

— Парис, не гневайся на своего друга Энея.

— А что он вашего Пасовца называет нашим!

— Нэ лайтэсь, хлопцы, — сказал Ардалион Иванович, сам охотно заплатил за свой украинизм и предложил всем выпить немного шампанского.

Автобус приближался к холму Гиссарлык. Джина сообщила, что именно в пластах этого холма была найдена древняя Троя, и взялась вкратце пересказать события Троянской войны. Зашелестели блокноты, несколько писателей всерьез стали записывать то, что должны были бы прочесть если не у Гомера и Вергилия, то хотя бы в книге Куна. Николку это возмутило до глубины души, и, встав во весь свой высокий рост, он заявил:

— Лучше я! «Гнев, богиня, воспой Ахиллеса, Пелеева сына…»

Он, глядишь, смог бы дочитать перевод Гнедича до конца, но на него зашикали, раздался крайне возмущенный голос Зойферта:

— Как вам не стыдно! Мешаете слушать экскурсию!

— Безобразие! — добавился голос Медеи Джаковой.

И Николка вынужден был прерваться, успев дойти лишь до прихода «жреца непорочного Хриса» в лагерь ахейцев. Бабенко встал со своего места, пробрался к нам в хвост автобуса и пробубнил:

— Ребята, только не скандальте, а то у меня будут неприятности. И так уже против вас назревает мировой масонский заговор.

— Любопытно, кто же у них Великий Магистр? — поинтересовался Ардалион Иванович, который давно уже увлекался масонской тематикой и всевозможными тайными обществами, бредил тамплиерами [65] Тамплиеры — (храмовники) — духовный рыцарский орден, основанный в 1119 для защиты пилигримов, направляющихся в Иерусалим. , альбигойцами [66] Альбигойцы — секта XII, XIII в. во Франции (г. Альбы). Их отличает терпимость и высоконравственное понимание христианства. Отвергают папскую власть. , иллюминатами [67] Иллюминаты — последователи различных обществ, проповедующие естественную религию (деизм), не связанную с откровением. и прочей авантюристикой, ибо сам по натуре был великий авантюрист.

— Не знаю, кто там Великий Магистр, — отвечал Бабенко, — но великих кляузников и доносописателей мог бы насчитать человек пять-шесть.

— Жаль, а все было так мило, — вздохнул я.

Развалины Трои, вопреки моим ожиданиям, оказались не желтыми, как пирамиды, а белыми. Город, некогда стоявший здесь, был белокаменный и, должно быть, действительно красивый. Мы бродили по его улицам, мимо стертых с лица земли домов, и как ни старались, не могли вообразить себя древними троянцами. Иногда это раскопанное корневище представлялось гигантским чертежом города или свежезаложенным фундаментом, над которым вознесутся прекрасные строения и неприступные крепостные стены. Пройдя через весь город с экскурсией, мы разбрелись по нему, пытаясь заплутать средь его улиц, но и это было невозможно — вся Троя едва ли равна половине территории Московского Кремля. Оставалось только забраться на холм и смотреть вдаль, туда, где еле-еле видны были берега Геллеспонта, к которым некогда причалили «корабли быстролетные ахейские». Сквозь горячие лучи яркого, светлого солнца рвался буйный и холодный западный ветер, трепал одежду и волосы, пронизывал насквозь и душу и тело, и хотелось жить жизнью новой, неведомой, столь же чудесной, как ветер и солнце над Троей.

Николка тесно прижимал к себе Ларису, говорил ей что-то в радостное лицо, и в этот миг они действительно были как сын Приама и дочь Леды, смелый похититель и счастливая беглянка. Ардалион Иванович, как добрый шафер после только что состоявшейся процедуры подписания свадебных документов и обмена колец, хлопнул пробкой шампанского. Как и положено по греческой традиции, добрая треть бутылки оросила вином землю Троянского холма и лишь потом приложились мы.

— Друзья мои, — волнующимся голосом объявил Николка, — я только что сделал предложение Ларисе! Она согласна. Отныне мы — жених и невеста.

— Это дико здорово! — заорал Ардалион Иванович. — Здесь! В Трое! В день моего юбилея! Это лучший подарок, который ты мог для меня сделать, Николка. Дай же мне поцеловать тебя и твою избранницу!