Эмилио Сальгари - Корсары Южных морей

– Скажу, что ты, дорогой мой Каменная Башка, переборщил с табачком и выпил немного лишнего за падение Бостона! – отозвался крепкий как дуб двадцатилетний моряк.

– Катись-ка ты к дьяволу! Я и выпил-то всего стакан подслащенной водицы!

– Ясное дело! Водицы, разбавленной джином!

– Да что ты знаешь! Бретонцев из Ле Пулигена и бретонцами-то не назовешь! Ступай прочь, Малыш Флокко! Мне нужно хорошенько прицелиться!

– Стреляй уже и прикончи эту птичку.

Каменная Башка поджег было фитиль и готовился выстрелить из носового орудия, когда кормовые орудия фрегата дали залп. Два мастерских выстрела английских канониров – и четыре крупных ядра срезали грот-мачту корвета. Срубленная мачта закачалась, подпираемая бакштагами и штагами, и рухнула поперек палубы, разбив фальшборта от бака до штирборта.

За удачным вражеским залпом последовал разъяренный рев двухсот матросских глоток, разразившихся бешеными проклятиями. Раненый корвет тяжело накренился на правый борт.

– О моя Мэри!.. Я снова потерял тебя! – проклиная судьбу, вскричал Корсар. – Уж лучше бы бостонцы разбили корабль в щепки и убили меня на месте!

Каменная Башка издал вопль ярости, больше похожий на рык. Грохот пушки сотряс корпус корвета, но было поздно: резко сменив галс, подгоняемый ветром фрегат оказался вне досягаемости ядер с корвета.

Тридцать матросов с топорами наперевес мгновенно окружили упавшую мачту, нырнувшую верхушкой в волну. Несколькими ударами моряки срубили мачту до основания и столкнули в море. В один миг бакштаги и паруса скрылись в огромных морских волнах. Лишенный главной мачты корвет выпрямился, но птица не может лететь с подбитым крылом. Воспользовавшись неожиданной удачей, вражеский фрегат дал последний залп из кормовых орудий и скрылся вдали.

– Гром и молния! – побледнев как смерть, вскричал Каменная Башка. – Все кончено! Мы снова упустили Мэри Уэнтворт! Бедный сэр Уильям!

Как бы ни раздувал ветер паруса на фок-мачте, лишившись грот-мачты, корвет не мог идти вперед. Сэр Уильям провожал взглядом фрегат, превратившийся в точку на горизонте, и лицо его потемнело от страдания.

Боцман Каменная Башка и старпом Говард подошли к капитану.

– Команда ждет ваших приказаний, сэр, – произнес старпом.

Баронет оглянулся: преследуемая корсарами Бермудских островов эскадра ушла на север, а крохотное пятнышко фрегата растворилось за прозрачным горизонтом. Корсар в отчаянии тряхнул головой.

– Я потерял ее! – воскликнул он. – Потерял, когда уже верил, что наконец расквитался с проклятым маркизом, в жилах которого течет кровь моего отца!

Он прислонился к одному из кормовых орудий и закрыл лицо руками:

– Стоило ли покидать Шотландию ради стольких горестей! О Мэри! Родной брат похитил тебя у меня! Но кто я для него? Всего лишь бастард!..

– Мы ждем ваших распоряжений, капитан, – повторил старпом.

Корсар пришел в себя. Утерев со лба испарину, он спросил:

– Мистер Говард, насколько мне известно, запасной мачты у нас нет?

– Именно так, сэр Уильям.

– Однако реи грот-мачты у нас остались?

– Парочка найдется.

– Установите их вместо грот-мачты, и пусть нас несет ветер…

– Но куда?

– Мы возвращаемся в Бостон. Только в порту мы сможем заняться починкой корабля, – тяжело вздохнув, ответил Корсар.

– Не весь королевский флот ушел в море, сэр, – заметил старпом. – Хау оставил в бухте немало судов.

– Возьмем курс на Бостон и будем уповать на Господа, – отвечал баронет. – Если какой-нибудь британский корабль пустит нас ко дну – тем лучше.

– А ты что скажешь, старая акула? – спросил Корсар, взглянув на боцмана и Малыша Флокко.

– Якорь мне в глотку! Скажу, капитан, дело дрянь. И как это красномундирникам удалось срезать нашу мачту? Что за канониры служат на этом проклятом фрегате? До сих пор англичане не слишком здорово справлялись с тяжелыми бортовыми орудиями.

– Думаешь, нам удастся вернуться в Бостон?

– Почему бы и нет, капитан? Если нам суждено столкнуться с судами лорда Хау, так что с того? На борту две сотни отчаянных матросов, всегда готовых идти на абордаж! Пушки готовы к бою, сабли и топоры острее бритвы! Прежде чем расстаться с жизнью, пустим кровь англичанам!

– Но даже если мы прорвемся в Бостон, что потом?

– Тысяча колоколен! Да разве мало верфей на берегах залива, где американцы снаряжают собственный флот! Починим грот-мачту, пойдем на север и не остановимся ни перед чем, пока не повстречаем нашего любезного маркиза, медуза ему в печень! Заставить так страдать родного брата! Как подумаю, хоть подыхай со злости!