Энтони Троллоп - Домик в Оллингтоне

– На твоем месте, – сказал Прат. – Я бы не пошел к этому джентльмену.

– Что же стану я делать?

– Бежать из клуба. Только если ты это сделаешь, то тебе придется быть в бегах на всю жизнь.

– Прат, надо тебе сказать, что я ожидал от тебя более чем дружбы.

– Что же я могу сделать для тебя? Человек бывает иногда поставлен в такое положение, что посторонняя помощь ни к чему не поведет. Скажу тебе откровенно, что ты поступил весьма скверно. Я решительно не вижу, чем могу помочь тебе.

– Не повидаешься ли ты с ним?

– Конечно нет, если я не должен принимать на себя твоей роли.

– Прими какую хочешь роль, только скажи ему истину.

– В чем же заключается эта истина?

– Что я был прежде помолвлен с другой девушкой, и потом, когда я размыслил об этом, то убедился, что я ни под каким видом не могу жениться на мисс Дель. Я знаю, что поступил низко, но, Прат, разве тысячи людей не делали прежде подобных поступков?

– Я могу сказать только одно, что не считал бы себя несчастным, не имея кого-нибудь из этих тысяч в числе своих друзей.

– Ты, кажется, хочешь сказать, что намерен отступиться от меня? – спросил Кросби.

– Ничего подобного я не говорил. Но само собою разумеется, я ничего не приму на себя в твою защиту, потому что поведение твое не заслуживает никакой защиты. Если ты желаешь, то я повидаюсь с этим джентльменом и передам ему все, что ты хочешь.

В эту минуту воротился лакей с запиской к мистеру Кросби. Мистер Дель потребовал бумаги и конверт и отправил к Кросби следующее послание: «Намерены ли вы спуститься ко мне? Я знаю, что вы в здешнем доме».

– Ради бога, сходи к нему, – сказал Кросби. – Он знает очень хорошо, что я обманул его племянницу, что я рассчитывал получить от него какое-нибудь приданое. Он знает это все, как знает и то, что, когда он объявил мне, что она ничего не имеет…

– Клянусь честью, Кросби, я бы желал, чтобы ты нашел другого парламентера.

– Ах, ты меня не понимаешь, – сказал Кросби в агонии. – Ты полагаешь, что, говоря о приданом, я придумываю только повод к отказу. Нет, не думай этого. Он поймет, в чем дело. Мы объяснялись с ним об этом, и он знает, как страшно обманулся я в своих ожиданиях. Подождать ли тебя здесь или ты приедешь ко мне на квартиру? Или я поеду в Бофорт и там подожду тебя.

Наконец решено было, что Кросби должен уйти из этого клуба и дожидаться в другом клубе результатов свидания Прата.

– Так ты спустишься первым? – спросил Кросби.

– Да, лучше я спущусь, – сказал Прат, – а то, пожалуй, еще он увидит тебя, и тогда может выйти скандал.

При этих словах на лице Прата показалась саркастическая улыбка, которая взбесила Кросби и сильно побуждала его сказать своему другу, чтобы он не беспокоился принимать этого поручения, что Кросби сам устроит свои дела, но он был обессилен и морально уничтожен сознанием своей низости, он потерял всякую способность располагать собою, а тем более показывать свое влияние. Он начал сознавать факт, что за его поступок его следовало наказать – наказать морально, если не физически, – и что без стыда ему не представлялось никакой возможности держать свою голову прямо.

Прат взял записку, спустился в приемную и там нашел сквайра, который стоял так, что чрез открытую дверь мог видеть нижнюю часть лестницы, по которой Кросби должен был выйти из клуба. В виде меры первой предосторожности парламентер затворил дверь, потом поклонился мистеру Делю и предложил ему стул.

– Я хотел видеть мистера Кросби, – сказал сквайр.

– У меня в руках ваша записка к этому джентльмену, – отвечал Прат. – Он нашел за лучшее, чтобы я переговорил с вами, и действительно, при его обстоятельствах это будет лучше.

– Неужели он такой трус, что побоялся меня видеть?

– Бывают поступки, мистер Дель, после которых всякий человек становится трусом. Мой друг Кросби, я знаю, довольно храбр в обыкновенном светском смысле, но он оскорбил вас.

– Так, значит, это правда?

– Да, мистер Дель, к сожалению, правда.

– И вы этого человека называете своим другом! Мистер… я не знаю вашего имени.

– Прат, Фаулер Прат. Я знаю Кросби четырнадцать лет, знаю с тех пор, как он был еще мальчиком, не в моем характере, мистер Дель, бросить старого друга при каких бы то ни было обстоятельствах.

– Даже если бы он совершил убийство?

– О, нет, да он и не совершил убийства.

– Если слышанное мною правда, то этот человек хуже убийцы.

– Не знаю, мистер Дель, что вы слышали. Конечно, мистер Кросби весьма дурно поступил с вашей племянницей, мисс Дель, я слышал, что он хотел жениться на ней и даже сделал предложение.