Джеймс Клавелл - Сёгун (части 3-4)

- Благодарю вас. - Блэксорн едва верил своим глазам: теперь, имея возможность расплачиваться наличными, он мог нанять самую лучшую команду.

- Отмести в корабельный сейф?

- Да, конечно.

Ябу махнул рукой самураям - поднимайтесь, мол, на борт - и продолжил свою речь (Алвито пришлось ее переводить, и ярость его все возрастала): Во-вторых, господин Торанага предоставляет вам выбор - свободно отплыть или остаться. Если вы останетесь на нашей земле, то вы - самурай, хатамото и подчиняетесь самурайским законам. На море, за пределами наших берегов, вы вправе вести себя как прежде, до того как прибыли к нам, и подчиняетесь своим, чужеземным законам. Вам пожизненно предоставлено право заплывать в любой порт, находящийся под контролем господина Торанаги, без обращения к портовым властям. И последнее: эти двести человек - ваши вассалы. Господин Торанага официально поручил мне препроводить их к вам - с оружием, как и обещал.

- Я могу отплыть, когда захочу? - недоверчиво спросил Блэксорн.

- Да, Анджин-сан, вы можете отплыть - господин Торанага дал согласие.

Блэксорн посмотрел на Марико, но она избегала его взгляда.

- Я могу это сделать прямо завтра?

- Да, если пожелаете, - подтвердил Ябу. - Так об этих людях: все они ронины, из северных провинций. Все согласились поклясться в вечной преданности вам и вашему потомству. Хорошие войны. Никто не совершил преступления, в котором был бы уличен. А ронинамм стали потому, что их сюзерены убиты, умерли или низвергнуты. Многие воевали на море против вако, - Ябу глумливо улыбнулся. - Кое-кто и сам мог быть вако, - вы понимаете, что значит "вако"?

- Да, господин.

- Те, что связаны, могут быть бандитами или вако. Все эти люди пришли одной группой, как банда, и пожелали бесстрашно служить, если им простят прошлые преступления. Они клялись господину Нобору - он собрал их по приказу господина Торанаги, - что никогда не совершали преступлений против господина Торанаги или его самураев. Вы можете принять их каждого в отдельности или всей группой или отказаться от них. Понимаете?

- Я могу отказаться от кого-нибудь из них?

- А зачем вам это делать? - удивился Ябу. - Господин Нобору очень тщательно их отбирал.

- Ох, конечно, простите, - устало откликнулся Блэксорн, понимая, что дайме Ябу просто зло шутит над ним. - Я понял. Но вот что будет с теми, которые связаны, - если я от них откажусь?

- Им отрубят головы. Обязательно. Что еще с ними делать?

- Ах так... Простите.

- Пойдемте, - Ябу крупно зашагал к носилкам. Блэксорн взглянул на Марико:

- Я могу отплыть! Вы слышали!

- Да.

- Это значит... Это похоже на сон. Он сказал...

- Анджин-сан!

Блэксорн послушно заторопился вслед за Ябу. Теперь паланкин играл роль помоста. Чиновник поставил маленький столик, разложил на нем свитки с записями. Немного дальше, в стороне, самураи охраняли кучу длинных и коротких мечей, копий, щитов, топоров, луков и стрел - всем этим оружием были навьючены лошади, и теперь носильщики его выкладывали. Ябу сделал знак Блэксорну сесть рядом, Алвито - впереди, а Марико усадил с другой стороны от себя. Чиновник выкрикивал имена, каждый выходил вперед, торжественно кланялся, называл свое имя и фамилию, клялся в верности, подписывал документ и вместо печати выдавливал на бумагу каплю крови из пальца - писарь привычно прокалывал его иглой. Каждый в последний раз становился перед Блэксорном на колени и, встав, торопился к оружейнику - получить сначала боевой меч, потом короткий. Все почтительно брали мечи, дотошно осматривали, выражали одобрение, убедившись в их высоком качестве, и со свирепой радостью засовывали за пояс. Теперь еще другое оружие, боевой щит - и можно занять свое место: ронины опять превращались в самураев. В полном вооружении они казались сильнее, стройнее и еще свирепее. Оставались еще тридцать связанных ронинов. Блэксорн настоял на том, чтобы лично разрезать на каждом веревки. Один за другим они клялись ему в верности наравне с остальными:

- Честью самурая клянусь, что ваши враги - мои враги, а я - ваш верный слуга.

После клятвы каждый получал оружие. Ябу выкликнул:

- Урага-нох-Тадамаса!

Вперед выступил молодой человек, без оружия, в простом кимоно и бамбуковой шляпе. Алвито почувствовал боль в сердце - брат Джозеф! А он и не заметил его среди самураев. Ябу ухмыльнулся - он-то сразу ухватил реакцию Алвито - и повернулся к Блэксорну.

- Анджин-сан, это Урага-нох-Тадамаса. Самурай, теперь ронин. Вы узнаете его? Поняли слово "узнать"?