Гэри Ван Хаас - Юность Пикассо в Париже

– Пабло, она сама не знает, что несет… Ну скажи ты ей!

Но и Анна, и Карлос ему надоели.

– Что вы тут устроили? Карлос, пожалуйста, уведи ее отсюда.

Тот нахмурился, но все-таки с недовольным видом взял Анну за руку и повел к выходу.

Дон Луис и Воллар с тревогой следили за происходящим. Пабло подошел к ним.

– Похоже, что мой племянник попал в очень неприятную историю, – заметил дон Луис. – В чем там дело?

– Обычный пьяный бред, – отмахнулся Пабло.

Воллар же думал только о деле: прочее его не интересовало.

– Как бы то ни было, Пабло, но я только что продал четыре ваши работы Стайнам, и это несмотря на вашу резкость. Всего за этот вечер было продано десять работ. Неплохо для дебютанта. Идемте, тут есть еще несколько важных людей, с которыми я хочу вас познакомить.

– Ничего, что вы останетесь в одиночестве, дон Луис? – озабоченно спросил Пабло.

– Идите, мой мальчик, идите… Для вас это важный вечер!

Пабло и Воллар смешались с толпой.

Взволнованный и огорченный Карлос, укладывая в кровать пьяную Анну, которая не переставала ругаться, помогал ей раздеться. Она хохотала, как сумасшедшая, улеглась на спину и потянула Карлоса к себе, а когда он пристально посмотрел в ее мутные глаза, злобно рассмеялась и стала бормотать гадости.

– Ты ведь хочешь трахнуть меня, правда? – дразнила она.

Карлос колебался, ясно понимая, что она не в себе.

– Ты пьяна, Анна. Тебе нужно поспать.

Но она ничего не желала слышать.

– Иди ко мне. Покажи мне, какой ты мужчина. Я хочу, чтобы ты меня любил.

Анна разорвала рубашку Карлоса на груди и спустила ее до пояса. Он отшатнулся: его отталкивали запахи винных паров и несвежего тела. Анна задрала платье и, облизывая губы, начала гладить свои бедра. Растерявшись, молодой человек только качал головой. В конце концов он с неохотой сдался, снял брюки и забрался в кровать.

Через несколько минут Анна начала истерически хохотать в лицо Карлосу, словно показывая, что его ласки смешны и беспомощны.

– Перестань надо мной смеяться! – крикнул Карлос.

– Ха-ха-ха! У великого любовника кое-что не встает… Что ты вообще такое? Эльф? Может, тебе лучше отправиться к твоему другу Пабло?

Карлос взвился от злости.

– Не смей так говорить! И ты еще собираешься быть матерью наших детей…

– Наших детей? – хохотала Анна. – Твой друг Пабло больше похож на мужчину, чем ты. Может, он тебе подсобит?

Карлоса эти слова потрясли. Он понял, что она хочет этим сказать.

– Что ты несешь?

– То, что слышал…

Он схватил Анну за горло и сжал его, больше не желая слышать ее мерзких речей. Ему хотелось заставить ее замолчать раз и навсегда.

– Скажи, почему ты так говоришь о Пабло?

Анна оттолкнула от себя Карлоса. Повисло молчание. Потом в безжалостных глазах Анны возникло выражение нескрываемого презрения.

Она вскочила с кровати, схватила со столика бутылку, налила стакан до краев и стала пить, зло глядя на Карлоса.

– Я побывала в постели твоего драгоценного мужественного друга…

Карлос недоверчиво, в упор посмотрел на Анну. Его большие карие глаза стали еще больше и начали наполняться слезами.

– Я не верю тебе. Он не…

А мстительная Анна спокойно, расчетливо продолжала:

– Это случилось в студии, когда я пошла искать тебя. Он умолял меня позировать ему обнаженной.

А потом у нас была безумная любовь на полу, и снова, и снова – да, Карлос, как у зверей!

Голову Карлоса пронзила жуткая боль, и он крикнул:

– Нет! Я не желаю больше этого слышать!

Он открыл шкаф и достал оттуда маленький пистолет. Анна, увидев блеск металла, испугалась, попятилась в ужасе от мысли, что зашла слишком далеко.

– Нет, Карлос, не надо! Я только пошутила…

– Пошутила?.. – пробормотал обезумевший Карлос. – Нет, я думаю, это не шутка!

Пылая яростью, он ринулся вон из комнаты, раздираемый рыданиями.

– Нет, Карлос, остановись!.. – кричала ему вслед Анна, высунувшись в коридор. – Что ты задумал?

Но ответом ей был только звук торопливых шагов: Карлос кинулся вниз по лестнице и выбежал на улицу.

Спустя некоторое время Карлос вбежал в соседний многолюдный бар «Рю Азюр». Одну руку он держал в кармане пальто, сжимая в ней пистолет. Возбужденный, взъерошенный, он старался хоть что-то разглядеть в дымном воздухе бара и наконец нашел Хайме Сабартеса, который вместе с приятелями стоял в конце барной стойки. Молодые люди болтали и что-то пили.