Диана Гэблдон - Путешественница

– Как ты смеешь так говорить со мной!

– А как вы смеете так говорить со мной? – пылко ответил Джейми. – Девушка хорошего происхождения делает непристойное предложение мужчине вдвое старше ее! И к тому же конюху в поместье ее отца, – добавил он, вспомнив о своем положении, и от дальнейших замечаний воздержался.

В конце концов, не конюху же учить эту вздорную девчонку уму-разуму.

– Прошу прощения, миледи, – сказал он, не без усилия взяв себя в руки. – Солнышко сегодня жаркое: вам, наверное, слегка припекло головку, вот в нее и полезли всякие глупости. Вам стоит немедленно вернуться домой и попросить горничную приложить к голове что-нибудь холодное.

Леди Джинива топнула ножкой, обутой в сафьяновый сапожок.

– С головой у меня все в порядке!

Она смотрела на него, сердито выставив подбородок, а поскольку он был маленьким и заостренным, как и зубы, это делало ее похожей на злобно оскалившуюся лисицу.

– Послушай меня, – сказала она – Я не могу помешать этому отвратительному браку. Но… – Она помедлила, потом решительно продолжила: – Я ни за что не отдам свою девственность этому мерзкому старому чудовищу Эллсмиру!

Джейми потер рукой рот. В известном смысле он даже испытывал к ней сочувствие. Но будь он проклят, если позволит этой маньячке в юбке вовлечь его в свои проблемы.

– Я ценю оказанную мне честь, миледи, – произнес он с иронией, – но я действительно не могу…

– Можешь. – Она откровенно таращилась на гульфик его грязных штанов. – Так говорит Бетти.

Это поразило Джейми настолько, что некоторое время ему не удавалось издать ни единого членораздельного звука. Наконец он набрал побольше воздуха в грудь и со всей решительностью, на какую был способен, заявил:

– Бетти не имеет ни малейшего основания делать выводы относительно моих способностей. Я к ней пальцем не прикасался.

Джинива радостно засмеялась.

– Ага, значит, не прикасался. Она тоже так говорила, но я подумала, что, может быть, она просто хочет избежать порки. Это хорошо. Я бы не смогла делить мужчину с моей служанкой.

Он тяжело задышал. Лучше всего было бы треснуть ее по голове лопатой или придушить, но, поскольку такой вариант исключался, Джейми постарался взять себя в руки. В конце-то концов, при всем ее бесстыдстве, она вряд ли сможет и вправду затащить его в постель.

– Всего доброго, миледи, – сказал он как можно вежливее, после чего повернулся к ней спиной и начал забрасывать навоз в опустевшую емкость.

– Если ты этого не сделаешь, – нежно проворковала она, – я скажу отцу, что ты ко мне приставал. И он велит содрать кожу с твоей спины.

Джейми невольно опустил плечи. Но нет – она не могла знать. Он был осторожен и никогда не снимал рубашку в чьем-либо присутствии.

Он медленно повернулся и посмотрел на нее сверху вниз. Ее глаза светились торжеством.

– Может быть, ваш отец и не так хорошо знаком со мной, – спокойно произнес Джейми, – но вас-то он знает с рождения. Расскажите ему, и будь я проклят, если он вам поверит!

Джинива нахохлилась, как бойцовый петушок, ее лицо становилось все краснее.

– Вот как? – воскликнула она. – Что ж, тогда посмотри на это и будь ты и вправду проклят!

Джинива полезла за пазуху и вытащила толстое письмо, которым помахала перед носом у Джейми. Ему хватило одного беглого взгляда, чтобы узнать четкий почерк сестры.

– Отдайте!

Он спрыгнул с повозки и кинулся к ней, но она была слишком быстрой. Она вскочила в седло раньше, чем он успел схватить ее, и подала лошадь назад, правя поводьями одной рукой и издевательски помахивая письмом.

– Хочешь получить письмо, да?

– Да, хочу! Отдай его мне!

Он так рассвирепел, что готов был применить силу и применил бы, если бы ему удалось до нее добраться. Но ее гнедая кобылка уловила его настроение и попятилась, фыркая и встряхивая гривой.

– А мне кажется, я не должна это делать.

С лица ее сошел багровый румянец злости, и теперь на нем играла насмешливая и одновременно кокетливая улыбка.

– В конце концов, дочерний долг обязывает меня отдать его отцу. Он ведь должен знать о том, что его слуги ведут тайную переписку. А я послушная долгу дочь, раз покорно соглашаюсь на этот брак.

Она наклонилась над передней лукой седла, и Джейми, охваченный новым приливом ярости, понял, что она наслаждается его бессилием.

– Я думаю, что папе будет интересно его почитать, – продолжила Джинива. – Особенно о золоте, которое будет переправлено в Лошель во Франции. Разве оказание помощи врагам короля не является государственной изменой? – Она проказливо поцокала языком и покачала головой. – Измена – как это нехорошо!