Диана Гэблдон - Путешественница

Поравнявшись с упряжкой, она перевела свою кобылку на шаг.

– Мм…

От Джейми не укрылось, что девушка одета в свой лучший наряд с брошкой из дымчатого топаза на шее, а яркий румянец на ее щеках явно объясняется не только теплой погодой.

– Чем ты тут занимаешься? – спросила Джинива, проехав некоторое время в молчании.

– Разбрасываю навоз, миледи, – коротко ответил он, не глядя на нее.

– О!

Она проехала еще какое-то расстояние, прежде чем решилась продолжить разговор.

– Ты слышал, что я выхожу замуж?

Он знал; вся прислуга знала об этом уже с месяц. Ричардс, дворецкий, находился в библиотеке, прислуживал лорду, когда из Дервентуотера приехал для подписания брачного контракта стряпчий. Леди Джиниве сообщили об этом два дня назад, и, по словам ее горничной Бетти, эта новость девушку не обрадовала.

Он ограничился тем, что хмыкнул, демонстрируя, что не расположен к беседе.

– За Эллсмира, – сказала Джинива.

Щеки ее раскраснелись сильнее, она поджала губы.

– Я желаю вам счастья, миледи.

Как только они добрались до края поля, Джейми слегка натянул вожжи и отвернулся. Настроение леди Джинивы казалось ему весьма опасным, и у него не было ни малейшего желания продолжать разговор.

– Счастья?! – воскликнула девушка.

Ее большие серые глаза сверкнули, и она хлопнула себя по бедру.

– Ты думаешь, это счастье – выйти замуж за человека, который мне в дедушки годится?

Джейми воздержался от замечания насчет того, что для графа Эллсмира надежды на счастье в браке, пожалуй, даже несколько скромнее ее собственных. Он лишь буркнул:

«Прошу прощения, миледи», – и отправился отцеплять емкость для навоза.

Она спешилась и пошла за ним.

– Это грязная сделка между моим отцом и Эллсмиром! Он хочет продать меня, в этом все дело. Моему отцу наплевать на меня, иначе он никогда не пошел бы на такой сговор. Разве ты не видишь, что моя молодость пропадает ни за что?

Джейми, напротив, считал, что лорд Дансени весьма заботливый отец и, вероятно, нашел для своей избалованной дочери самую лучшую партию. Спору нет, граф Эллсмир действительно был далеко не молод, а потому имелись все основания полагать, что через несколько лет Джинива останется очень богатой молодой вдовой и к тому же графиней. Впрочем, подобные соображения вряд ли могли иметь вес в глазах упрямой, дерзкой и избалованной семнадцатилетней стервочки.

– Я уверен, что ваш отец всегда действует исходя из ваших же интересов, миледи, – ответил он без всякого выражения.

Неужели эта маленькая чертовка не уйдет?

Как бы не так! Уходить она определенно не собиралась. Изобразив самую обаятельную улыбку, она подошла и остановилась рядом с ним, мешая ему открыть загрузочную крышку емкости.

– Из каких бы побуждений он ни действовал, со стороны отца просто бессердечно отдавать меня за иссохшее старое чучело.

Она поднялась на цыпочки, всматриваясь в лицо Джейми.

– Сколько тебе лет, Маккензи?

Его сердце на мгновение перестало биться.

– Я намного старше вас, миледи, – отрезал он. – Прошу прощения, миледи.

Ему удалось проскользнуть бочком мимо, не коснувшись ее, и вспрыгнуть на повозку с навозом, куда она, конечно же, за ним не последует.

– Но тебе еще рано на кладбище, а, Маккензи?

Она стояла прямо перед ним, прикрывая глаза рукой, всматриваясь вверх. Налетел ветерок, и ее каштановые локоны разметались вокруг лица.

– Ты когда-нибудь был женат, Маккензи?

Он стиснул зубы, одолеваемый желанием опрокинуть на ее каштановую головку полную лопату навоза, но подавил этот порыв и, воткнув лопату в кучу, буркнул: «Был» – тоном, который не располагал к дальнейшим расспросам.

Однако леди Джиниву чувства других людей не интересовали.

– Хорошо, – проговорила она с удовлетворенным видом. – Значит, ты знаешь, как это делается?

– Что?

Его лопата замерла в куче навоза, нога застыла на лопате.

– То, что делается в постели, – невозмутимо ответила девушка. – Я хочу, чтобы ты лег со мной в постель.

Воображению Джейми представилась немыслимая сцена: элегантная леди Джинива, задрав юбки, распростерлась в повозке прямо на куче навоза.

– Здесь? – прохрипел он, выронив лопату.

– Нет, дурачок! – раздраженно произнесла она. – В постели, настоящей постели. В моей спальне.

– Вы сошли с ума, – холодно сказал Джейми, слегка оправившись от потрясения. – Если вообще было с чего сходить.

Лицо ее вспыхнуло, глаза сузились.