Диана Гэблдон - Путешественница

Долю мгновения Джейли смотрела на меня молча, как будто спорила с самой собой, рассказывать или нет. Придя к решению, она кивнула, поднялась с тихим, но свидетельствующим об усилии кряхтением и, поманив меня за собой, направилась к большому камину в дальнем конце комнаты.

С удивительной для женщины такого сложения грацией она опустилась на колени и надавила на зеленоватый камень, вставленный в середину каминной доски примерно в футе над очагом. Камень подался, раздался негромкий щелчок, и одна из шиферных панелей очага, с виду жестко закрепленная раствором, отошла.

– Пружинный механизм, – пояснила Джейли, осторожно поднимая панель и отставляя ее в сторону. – Его для меня сработал один датчанин из Сент-Круа.

Запустив руку в полость внизу, она вытащила деревянную шкатулку. На гладком дереве виднелись бледные коричневатые разводы. Она набухла и потрескалась, пробыв некоторое время в морской воде. При виде этой вещицы я больно прикусила губу, надеясь лишь на то, что лицо меня не выдало. Если до сих пор и оставались сомнения в том, что Айен здесь, теперь они окончательно развеялись: если я не спятила, мне показывали сокровище острова тюленей.

К счастью, Джейли смотрела не на меня, а на шкатулку.

– Со свойствами камней меня познакомил индиец. Не индеец, краснокожий, а индус из Индии, из Калькутты, – пояснила она. – Явился ко мне за дурманом и рассказал, как готовить снадобья на основе драгоценных камней.

Я украдкой оглянулась через плечо, но Джейми все не было. Куда, черт возьми, он запропастился? И удалось ли ему, обшаривая эту плантацию, найти Айена?

– Толченые камни можно раздобыть в лондонских аптеках, – говорила Джейли, одновременно с усилием надавливая на скользящую панель. – Беда в том, что они низкого качества, а оттого и бхасмас не работает как следует. Лучше раздобыть камни хотя бы второго сорта, их называют нагина. Это камни хорошего размера, их полируют. Первосортные камни подвергаются огранке, они не имеют таких дефектов, как пятна или трещины, и, разумеется, пригодны лучше всех прочих, но мало кто может позволить себе обратить их в пепел. Бхасмас – это как раз и есть зола от сгоревших драгоценных камней, – пояснила Джейли, подняв на меня глаза. – Ее, кстати, используют и как лекарство. Послушай, может быть, ты попробуешь открыть эту проклятую штуковину. Она угодила в морскую воду, и теперь всякий раз в сырую погоду дерево разбухает, а в это время года сырость постоянная, – добавила Джейли, бросив взгляд через плечо на повисшие над заливом тучи.

Она сунула шкатулку мне в руки и тяжело, крякнув от усилия, поднялась на ноги.

Это была китайская шкатулка с секретом, но довольно простым: с маленькой скользящей панелью, которая размыкала основную крышку. Проблема состояла в том, что эта панель разбухла и намертво застряла в своих пазах.

– Ломать не хочется, это к несчастью, – пробормотала Джейли, глядя на мои тщетные усилия. – А это не поможет?

Она извлекла откуда-то из своего одеяния маленький перочинный ножик с перламутровой рукояткой и вручила мне, а сама отошла к окну и позвонила еще в один серебряный колокольчик.

Я осторожно просунула лезвие в щель, надавила, почувствовав, что, кажется, нашла нужное место, поводила им туда-сюда, и панель подалась настолько, что мне удалось зажать ее край между большим и указательным пальцами, потянуть на себя и высвободить.

– Дальше ты, – сказала я, неохотно возвращая шкатулку.

Она была тяжелой, а когда я ее наклоняла, в ней что-то перекатывалось.

– Спасибо.

Джейли взяла шкатулку, и в этот момент в заднюю дверь вошла чернокожая горничная. Хозяйка повернулась к ней, чтобы приказать принести свежих фруктовых пирожных, но при этом спрятала шкатулку в складках юбки.

– Чертовски любопытные твари, – обронила Джейли, проводив взглядом горничную. – В чем-то наличие рабов облегчает жизнь, но, имея их, очень трудно сохранить что-то в секрете.

Она поставила шкатулку на стол и надавила. С негромким протестующим щелчком крышка откинулась назад.

Запустив руку внутрь, Джейли вытащила сжатый кулачок, проказливо покосилась на меня и вдруг прочла лимерик [42]:

Она с торжествующим видом разжала пальцы.

Хотя я и ожидала увидеть что-то подобное, изобразить, будто это произвело на меня сильное впечатление, труда не составило. Драгоценные камни просто не могут не произвести впечатления, тем более что ни одно, самое подробное описание не может дать о них истинного представления. Шесть или семь камней переливались и вспыхивали на ее ладони – полыхающее пламя, безупречный льдистый кристалл, голубое свечение воды под солнцем и золотое, мерцающее око затаившегося тигра.