Диана Гэблдон - Путешественница

Сама того не желая, я подалась ближе и зачарованно заглянула в ее ладонь. «Довольно большие», – с типично шотландской сдержанностью охарактеризовал их Джейми. «Ну да, – подумала я, вспомнив это, – они ведь и вправду поменьше булыжников, в шкатулку помещаются».

– Поначалу я обзавелась ими ради денег, – говорила Джейли, с удовлетворением перебирая камни. – Они легче, занимают меньше места, и их проще перевозить или прятать, чем золото и тем более серебро. Тогда я и не догадывалась, что им может найтись другое применение.

– Какое? Неужели бхасмас?

Сама мысль о том, чтобы сжечь и обратить в пепел эти сверкающие вещицы, представлялась кощунственной.

– О нет, не эти.

Она собрала камни и высыпала их в карман. Казалось, туда пролился поток жидкого огня. Джейли удовлетворенно похлопала по карману и продолжила:

– Нет, для таких целей существуют мелкие камушки, у меня их полно. Эти нужны для другого.

Она пристально посмотрела на меня и указала головой на дверь в конце помещения.

– Пойдем в мою рабочую комнату, – предложила она. – У меня там есть кое-какие вещицы, на которые тебе, возможно, интересно будет взглянуть.

«“Интересно” – это очень мягко сказано», – подумала я.

Это была продолговатая, залитая светом комната с длинным рабочим столом-стойкой вдоль одной стены. Пучки сушеных трав свисали с потолка, другие, прикрытые марлей, были разложены на подставках для сушки вдоль другой стены. Кроме того, имелись вытяжные шкафы, буфеты, а в дальнем конце комнаты небольшой застекленный книжный шкаф.

В комнате у меня возникло легкое ощущение дежавю, но спустя мгновение до меня дошло, что оно почти полностью повторяет рабочую комнату Джейли в селении Крэйнсмуир, в доме ее первого мужа.

«Нет, второго», – тут же поправилась я, вспомнив обгоревшее тело Грега Эдгарса.

– Сколько раз ты побывала замужем? – полюбопытствовала я.

Начало своему благосостоянию Джейли положила, будучи замужем за вторым супругом, фискальным поверенным округа, где они жили, подделав его подпись и получив возможность распоряжаться его деньгами, а после этого отправив беднягу на тот свет. Я подумала, что успех этого предприятия мог подвигнуть ее усвоить сей образ действий для дальнейшего применения. В конце концов, Джейлис Дункан была пленницей своих привычек.

Ей потребовалось несколько мгновений, чтобы произвести подсчет.

– Кажется, пять раз. Со времени моего прибытия сюда, – добавила она как бы между прочим.

– Пять раз, – повторила я за ней слабым эхом.

Это, пожалуй, не просто привычка, а какая-то мания.

– Атмосфера здесь, в тропиках, весьма нездоровая, я имею в виду, для англичанина. – Эти слова сопровождались хитрой улыбкой. – Лихорадки, язвы, гнойники, расстройство желудка: всюду разносчики всевозможной заразы.

Улыбка лишний раз подтвердила, что к гигиене, во всяком случае к гигиене полости рта, у нее отношение заботливое. Зубы находились в прекрасном состоянии.

Она потянулась и легонько погладила небольшой стеклянный сосуд, стоявший на нижней полке. Наклейки на нем не было, но неочищенный белый мышьяк мне доводилось видеть и раньше. Больше всего меня радовало то, что я здесь ничего не ела.

– О, вот что должно тебя заинтересовать, – сказала Джейли, высмотрев банку на верхней полке, после чего приподнялась на цыпочки и, сняв сосуд, вручила мне.

Содержимое составляло неоднородное мелкозернистое вещество, смесь бурых, желтых и черных крупиц с полупрозрачными вкраплениями.

– Что это такое?

– Зомбирующий яд, – ответила Джейли и рассмеялась. – Мне показалось, тебе будет интересно взглянуть.

– А мне, – холодно произнесла я, – показалось, будто ты говорила, что ничего подобного здесь нет.

– Нет, – поправила она меня. – Я сказала, что Геркулес не мертв, и это действительно так.

Она взяла у меня банку и поставила на полку.

– Однако нельзя отрицать, что он становится более управляем, если раз в неделю принимает со своей похлебкой некоторую дозу этого снадобья.

– Из какой чертовщины оно делается?

Джейли рассеянно пожала плечами.

– Чуток одного, малость другого. Основой тут, кажется, служит какая-то мелкая рыба, плоская и пятнистая, очень забавная с виду. С нее снимают кожу и высушивают. Печень тоже идет в дело. Но сюда намешана еще всякая всячина – хотела бы я знать, какая именно.

– Ты не знаешь, что туда положено? – уставилась я на Джейли. – Но разве не ты это делала?