Диана Гэблдон - Путешественница

Следующий день снова застал нас на палубе: воздух оставался холодным, но мы предпочитали холод спертой затхлости кают. Как всегда, мы расхаживали вдоль одного борта в одну сторону и вдоль другого – в другую. Джейми задержался у ограждения, чтобы рассказать мне одну историю, касавшуюся печатного дела.

В нескольких футах от нас, под сенью грот-мачты, сидел, скрестив ноги, с плиткой влажной черной туши на носке туфли и лежащим перед ним на палубе большим листом белой бумаги мистер Уиллоби. Кончик его кисточки касался бумаги с легкостью мотылька, оставляя поразительно четкие следы.

Я зачарованно следила за тем, как сверху вниз ложились на бумагу причудливые значки. Движения китайца были быстрыми и уверенными, словно у хорошо знающего свое дело танцора или фехтовальщика.

Один из палубных матросов прошел в опасной близости от края листа, едва не наступив грязной ногой на белоснежную бумагу. Чуть погодя точно так же прошествовал еще один, хотя места было вполне достаточно. Затем первый появился снова, задел-таки и опрокинул маленькую плитку туши.

Возвращавшийся второй матрос задержался с заинтересованным видом.

– Это ж надо, а, посадить кляксу на чистую палубу! Капитану Рейнсу это не понравится. – Он кивнул мистеру Уиллоби с издевательской улыбкой. – Ну-ка, коротышка, быстро слижи это, пока капитан не увидел…

– Ага, а ну, давай вылизывай! Живо!

Первый моряк шагнул по направлению к сидящей фигуре, его тень упала на бумагу. Губы мистера Уиллоби напряглись, но он, не отрывая глаз от бумаги, закончил второй столбик, вернул на место плитку, обмакнул свою кисточку и принялся твердой рукой выводить знаки третьего столбца.

– Я кому сказал… – начал было первый моряк, но осекся, когда большой белый носовой платок лег перед ним на палубу, накрыв чернильную кляксу.

– Прошу прощения, джентльмены, – пророкотал Джейми. – Кажется, я что-то уронил.

Сердечно кивнув моряку, он наклонился и поднял носовой платок, оставив на палубе лишь едва заметный мазок.

Матросы неуверенно переглянулись, потом посмотрели на вежливо улыбающегося Джейми. Один моряк поймал взгляд его голубых глаз, заметно побледнел и потянул своего приятеля за рукав.

– Ну что вы, сэр, – пробормотал он. – Пойдем, Джо, нас ждут на корме.

Джейми, не глядя ни на уходящих матросов, ни на китайца, направился ко мне, засовывая на ходу носовой платок за обшлаг.

– Чудесный день, англичаночка, не правда ли? – сказал он, запрокинув голову и сделав глубокий вдох. – Такой свежий воздух!

– По-моему, день как день, – откликнулась я с некоторым удивлением. – И воздух как воздух.

По правде говоря, как раз на том месте, где мы находились, в воздухе ощущался сильный запах хранившихся в трюме дубленых кож.

– Это, конечно, мило с твоей стороны, – добавила я, когда он встал у борта рядом со мной. – Но как думаешь, может быть, мне предложить мистеру Уиллоби для его художеств свою каюту?

Джейми коротко фыркнул.

– Нет, не стоит. Я сказал ему, что он может использовать мою каюту или обеденный стол в кают-компании, когда никто не ест, но он предпочел остаться здесь. Чертов упрямец.

– Может, здесь освещение лучше? – с сомнением предположила я, глядя на маленькую фигурку, скорчившуюся под мачтой. – Но мне это место кажется не самым удобным.

Тем временем порыв ветра чуть не вырвал лист бумаги из рук мистера Уиллоби. Китаец едва успел придержать его одной рукой, не прекращая уверенно выводить кисточкой знаки.

– Да уж, с этим не поспоришь. – Джейми в раздражении запустил пальцы в волосы. – Он торчит у всех на виду намеренно, чтобы позлить матросов.

– Ну, если такова его цель, то он ее добивается, – заметила я. – Непонятно только, зачем ему это нужно?

Джейми облокотился о перила.

– Это дело непростое. Ты вообще как, встречалась раньше с китайцами?

– Было дело, – сухо ответила я. – Но боюсь, в мое время они другие. Не носят косы, не щеголяют в шелковых пижамах и не одержимы навязчивыми идеями насчет женских ног. Во всяком случае, при мне они на сей счет помалкивали, – добавила я.

Джейми рассмеялся и придвинулся ближе, так что его лежащая на перилах рука теперь касалась моей.

– Именно с ногами все и связано, – пояснил он. – Во всяком случае, с этого началось. Жози, одна из девочек мадам Жанны, рассказала об этом Гордону, ну а уж тот, понятное дело, раззвонил всем и каждому.

– И что там насчет ног? – спросила я, охваченная любопытством. – Что с ними делает мистер Уиллоби?